1 больница Минска специализируется на оказании кардиологической, гинекологической, акушерской, гастроэнтерологической, нефрологической, эндокринной, детской хирургической помощи

В стране прирастает количество людей, которые «разбираются» в медицине. Этому способствуют многочисленные широкодоступные источники информации. Население нередко скептически относится к людям в белых халатах и все больше опирается на собственное понимание ситуации. Вполне себе представляю следующий расклад. У гражданки М. где-то закололо, она открыла интернет и... выбрала для себя диагноз, который примерно подпадает под подобные симптомы. Применить «прописанное» в том же источнике лечение сразу не решилась — все-таки пошла к врачу. На приеме списком перечислила, какие именно хотела бы пройти обследования и какого рода лечение ей можно было бы предложить.

И вот уже какому-то больному дают направление в одно лечебное учреждение, а ему хочется в другое. Второму прописывают одну дозировку лекарственного средства, а хочется немного меньше. Словом, мало где еще так безапелляционно и безосновательно занижают иногда профессиональное достоинство медиков, как у нас. Что все-таки должны иметь в виду наши пациенты? Объясняет главный врач 1-й городской клинической больницы г. Минска Олег Фомин.

– У любого гражданина нашей страны есть вполне законное право и реальная возможность обратиться для получения консультации, обследования и лечения в любое учреждение здравоохранения. Другое дело, никто еще не отменял территориальный принцип обслуживания. Больного в остром состоянии теоретически можно доставить в любое медучреждение, но все же доставляют туда, где помощь могут оказать быстрее и лучше. Что касается неострых состояний, то и здесь принцип закрепления пациентов за тем или иным учреждением — научно обоснованный. Это позволяет избежать никому не нужных перегрузок, сохранить рациональный подход, поскольку наши стационары имеют свой коечный фонд, определенный профиль и свой годовой бюджет. Кроме того, существует и определенная этапность. Сначала пациент обращается к своему участковому врачу, который помогает разобраться с профилем заболевания. Если пациент уже знает, что у него желчекаменная болезнь, то дальше врач выдает направление на дообследование и лечение в учреждении, где оказывают помощь именно с таким заболеванием.

Наша больница специализируется на оказании кардиологической, гинекологической, акушерской, гастроэнтерологической, нефрологической, эндокринной, а также детской хирургической помощи. Оказание помощи детям в условиях стационара для взрослых обусловлено, что называется, исторически. Еще в советское время именно на базе нашей клиники располагался детский стационар.

– В диагностике или лечебной части происходит сегодня более стремительное развитие? Куда активнее вкладываются средства?

– Диагноз без лечения никому не нужен. А эффективное лечение невозможно без точного диагноза. Эти направления тесно связаны. В нашей клинике для обследования пациентов с кардиологической патологией давно и активно применяется ангиографический комплекс. С помощью ангиографии можно и исследовать коронарные сосуды сердца, и улучшать в них кровоток — лечить пациента с ишемической болезнью сердца. Это направление очень активно развивается в мире, вводятся все более точные, более тонкие методики. Совершенствуются и другие малоинвазивные методы лечения ишемии различных органов. Скажем, улучшаются те же стенты, которые ставятся в сосуды для восстановления кровотока. Кстати, на подходе и белорусская разработка стентов... Детский хирургический центр применяет новейшие методики для лечения множественных пороков развития желудочно-кишечного тракта, выполняет многофункциональные операции при ожогах желудочно-кишечного тракта...

– Какого рода оборудование планируется приобрести в этом году для больницы?

– Сейчас идет монтаж второго ангиографического комплекса. С его помощью более основательно будем заниматься аритмиями. Аппарат позволяет находить аритмогенные очаги и воздействовать на них с помощью радиочастотного воздействия. Клиника будет единственным городским учреждением с такими возможностями. Наличие одного аппарата позволяло раньше заниматься преимущественно экстренными ситуациями.

Планируется и закупка еще одного современного ультразвукового аппарата для нашего диагностического перинатального центра, который имеет статус городского. Подобная техника развивается невероятными темпами. Поражения органов выявляются во все более объемной, детальной форме.

Предполагается обновить технику и в нашем эндоскопическом центре, который, опять же, имеет статус городского. Чтобы исследование проводилось с выведением на экран, что удобно, например, для врачебного консилиума и развития телемедицины.

– Соответственно с развитием технических средств обследования должно снижаться и количество случаев ошибочных диагнозов...

– Поскольку диагноз выставляет не техника, а человек, то вероятность ошибки будет сохраняться. Врачи пользуются техникой для уточнения, подтверждения диагноза. Большая же роль принадлежит мануальному осмотру. А вообще диагноз не выставляется один раз и навсегда. Существует понятие динамического наблюдения. Если больного что-то огорчает, то он может обратиться к другому специалисту. Если что-то смущает врача, он также может обсудить ситуацию с коллегами. Все же мы понимаем, что ни один врач не даст направление и не возьмется выполнять операцию, если нет самого высокого процента убежденности, что у пациента — холецистит, а не панкреатит. Однако для специалиста трудности с постановкой диагноза были и остаются, так как некоторые болезни иногда по-разному проявляются у разных людей.

– Есть ситуации, когда человек регулярно проходил профилактические ультразвуковые обследования, но, тем не менее, за полгода появилась онкология на 2-й стадии...

– Если вы хотите спросить, могло ли такое быть, я дам вам точный ответ: могло. Если спросите, мог ли врач, выполняющий ультразвук, пропустить эту ситуацию, я скажу, что и такое могло быть. Наконец, могло быть и так, что ультразвук это не показал. Ультразвуковой метод не является стопроцентным при выявлении онкологических заболеваний... Есть каждый конкретный случай, и он уникален. И есть медицина, которую нельзя отнести к точным наукам.

– Что в таком случае вы посоветуете с точки зрения выявления заболевания на как можно более ранних стадиях?

– Появляться на прием к участковому врачу хотя бы раз в год — вполне правильный подход. Как и следить за проведением специальных дней здоровья по тем или иным заболеваниям. Услышал или прочитал о проведении дня профилактики сахарного диабета — прийди. Современный глюкометр мгновенно определяет сахар крови. Что за проблема? Какие-то редкие формы и заболевания во время обычного скрининга не выявишь, но эффективность скрининга, общей диспансеризации все равно очень высока. Я считаю, что каждый из нас может не только получать образование и подниматься по карьерной лестнице, но и заботиться о своем здоровье.

Кстати, на врача общей практики сегодня возложена очень большая нагрузка. Он действительно несет адресную ответственность за всех, кто проживает на территории, которую обслуживает поликлиника. На некоторых пациентов приходится просто охотиться — ловить их на улице, высылать личные приглашения. Чтобы только те сделали флюорографию. Все же социально опасные болезни — туберкулез, например, — пока еще существуют. Вообще очень запущенных случаев по основным видам заболеваний сегодня стало однозначно меньше. Пациенты обращаются, но хватает и мракобесия, и низкой культуры.

– От чего зависит успешность лечения?

– От наличия доверия между врачом и пациентом, правильности назначения, качества медикаментов, заинтересованности пациента... Знаете, что самое обидное для врача? Когда пациент лечится наполовину, просеивает часть назначений и рекомендаций, самостоятельно решает, что он будет делать, а что нет. Это называется играть в психологические игры. Мол, таблетки этого цвета мне подходят, а этого — нет... Руководители медучреждений постоянно нацеливают персонал первичного звена на терпеливое отношение к пациентам, так как болезни обязательно меняют психологическое состояние больного... Но как же быть врачу, какие слова нужно найти, если часть назначенного лечения отвергается? Специалист видит по анализам, что лечение необходимо продолжать исключительно в полном объеме, а пациент фильтрует по непонятном принципу.

Для чего мы тратим время друг друга? Широко распространенная артериальная гипертензия без ежедневного, пожизненного лечения дает нам сначала осложнения, а потом поражение органов-мишеней, которые разрушаются под воздействием болезни. Речь идет о предотвращении катастрофы — инсульта или инфаркта. А пациент размышляет над тем, что для него четыре таблетки — это много. Однако в его случае именно столько таблеток способны обеспечить целевое давление 120/80. Если же пить всего две, то давление будет 165/100. Может быть, с двумя таблетками больной чувствует себя лучше, чем после четырех, но риск возникновения сосудистых осложнений возрастает.

Таким образом, успешной работе врачей мешают... сами пациенты, которые иногда решают, как их обследовать и лечить. Доступность медпомощи сегодня — чрезвычайно высокая. Может быть, придется и в очереди посидеть, но ты получишь медицинскую помощь, если понимаешь, что это нужно тебе самому. Можно, конечно, неосложненную вирусную респираторную инфекцию полечить просто чесноком, однако ряд серьезных заболеваний требуют детального обследования. Население это понимает и идет на обследования. Правда, нередко наши люди пытаются навязать врачу именно те методы, которые им лично больше нравятся.

– Как сегодня должны развиваться платные услуги?

– Развитие платных услуг возложено на каждое медучреждение. Такая возможность позволяет, скажем, укреплять материально-техническую базу. Минус в том, что бесплатное и платное — перемешано, осуществляется в тех же кабинетах, на той же аппаратуре, с теми же специалистами. Логично было бы сделать какой-то отдельный корпус или этаж платных услуг. А так мы получаем иногда только претензии. Представьте, что врач рекомендовал пациенту прохождение какого-то метода исследования. Пациент решил пройти это исследование как можно быстрее и в более удобный для себя момент и оплатить услугу. К сожалению, у него обнаруживают заболевание. Тот спрашивает: а почему я сделал платно, когда имел возможность сделать бесплатно? Есть и другая категория людей. Они сразу обращаются с вопросом: «А можно у вас платно полечиться?» Я на это задаю свой вопрос: «А может быть, попробуем бесплатно?» Если есть показания, то медицинская помощь предоставляется на бесплатной основе в полном объеме.

Светлана Борисенко, 13 февраля 2013 года.
Источник: газета «Звязда», в переводе.