В Беларуси около трех тысяч детей, страдающих от эпилепсии, более трехсот из них нуждается в операции (2012 год)

Эпилепсия — по-прежнему одно из самых непредсказуемых и таинственных заболеваний современности.

В основе этого самого, пожалуй, распространенного хронического неврологического заболевания, которое характеризуется внезапным возникновением судорожных припадков (отсюда и его название — «падучая»), — аномальная и очень высокая электрическая активность нервных клеток головного мозга, вследствие которой возникает разряд.

Древние греки объясняли эпилепсию божественным вмешательством, называя «геркулесовой болезнью». Целители более позднего времени считали, что в человеческое тело вселяются злые духи, которых нужно изгонять. Эпилепсией страдали Юлий Цезарь, Наполеон Бонапарт, Нострадамус, Федор Достоевский…

Специалисты европейских стран сходятся во мнении, что более чем в 70 процентах случаев эпилепсия поддается лечению, однако абсолютное большинство всех страдающих от этой болезни в развивающихся странах не получают необходимого лечения.

В Беларуси в течение нескольких последних лет предпринимаются попытки эффективной борьбы с болезнью, которой, кстати, подвержены люди всех возрастов. Но главный парадокс в том, что наших врачей по-прежнему не обучают, как лечить таких больных…

Эпилепсия и материнство

«…Страдаю эпилепсией. Мечтаем с мужем о ребенке. Не помешает ли болезнь стать матерью?» — примерно так звучит главный вопрос многих молодых женщин, которые обращаются к медикам — специалистам Республиканского научно-практического центра психического здоровья.

— Эпилепсия — не причина отказываться от материнства, — утверждает кандидат медицинских наук Федор Хлебоказов.— При тщательном наблюдении врачом-неврологом, акушером-гинекологом, соблюдении медицинских рекомендаций беременность и роды у многих с таким заболеванием протекают без осложнений, и на свет появляются здоровые малыши.

Но есть несколько «но», о которых нельзя не сказать. К сожалению, исследований о влиянии эпилептических припадков у матери на нерожденного ребенка в нашей медицине пока недостаточно. Понятно, что для течения беременности и состояния плода лучше, если приступов будет меньше. Когда они возникают серийно и следуют друг за другом, риск для будущего малыша и матери значительно возрастает.

Болезнь прямо не наследуется, но семейная предрасположенность к ней, безусловно, есть. Если припадки были у других членов семьи, женщине надо уведомить об этом врача и получить генетическую консультацию.

Некоторые лекарственные средства от эпилепсии повышают риск развития врожденных пороков у ребенка («волчья пасть», «заячья губа»), проблем с мозгом и позвоночником.

Многие женщины опасаются этого и самовольно отказываются от противосудорожных препаратов. Отмена способна вызвать учащение или возобновление эпилептических приступов. Надо откровенно рассказать врачу-неврологу о нежелании пить таблетки и вместе обсудить возможный риск.

При развитии серии судорожных припадков, в т.н. эпилептическом статусе, в половине случаев плод погибает.

Родом из детства

— Именно в детском возрасте, чаще всего в пять—десять лет, приключается это коварное заболевание, — рассказывает старший научный сотрудник отделения психических и поведенческих расстройств РНПЦ психического здоровья Алексей Казак. — Я вам покажу одно из последних обращений, которое пришло ко мне по электронной почте от Валентины Петровны из Витебской области: «Пять лет назад у меня появилась здоровая внучка. В 2 года 9 месяцев на фоне ОРЗ случился первый обморок: обмякла, сжала губы (температуры не было, но ребенку длительно капали сосудосуживающие препараты). Через год в аналогичной ситуации приступ повторился. После электроэнцефалограммы поставили диагноз «эпилептический синдром». Внучка принимала препарат орфирил, и через 7 месяцев ЭЭГ нормализовалась. Препарат давали и позже, но через 3 месяца ЭЭГ опять показала нарушения. Врач увеличил дозу орфирила. Могли ли сосудосуживающие препараты спровоцировать эту страшную болезнь?»

— Получается, врачи «залечили»?

— Не думаю, — отвечает Алексей. — Сосудосуживающие препараты при ОРЗ эпилепсии не вызывают. Диагноз основывается на совокупности клинической картины припадков, динамики заболевания, результатах инструментальных методов обследования, в т.ч. ЭЭГ, которая меняется в зависимости от течения болезни, принимаемых лекарственных средств, общего самочувствия пациента.

Больному назначают противосудорожные препараты. Их выбор, дозировку и длительность приема индивидуально подбирает врач-невролог. Прогноз зависит от тяжести болезни.

Внучке Валентины Петровны надо продолжать лечение под наблюдением врача. Полное глубокое обследование можно пройти в неврологическом отделении Витебской детской областной клинической больницы либо в центре пароксизмальных состояний областного диагностического центра. При необходимости ребенка направят на консультацию в РНПЦ «Мать и дитя», на кафедру детской неврологии БелМАПО.

У некоторых симптомы первичной (идиопатической) эпилепсии впервые появляются в подростковом возрасте — в 12 — 16 лет. Существуют и формы эпилепсии, которые случаются у ребенка до года, однако зачастую они оцениваются педиатром неадекватно. Бывает, такое состояние перерастает в очень тяжелую форму.

Педиатры иногда фиксируют и очень необычные сокращения тела младенца, которое молниеносно складывается в «гармошку». Причиной может стать кислородное голодание во время беременности матери, нейроинфекция, травмы.

Вторичная форма эпилепсии (симптоматическая) развивается после повреждения структуры головного мозга во время получения черепно-мозговой травмы, инсульта, при наличии опухоли. В последнее время все больше случаев вторичной эпилепсии наступает у людей, злоупотребляющих алкоголем.

Третий вид — криптогенная эпилепсия, когда мы предполагаем причину возникновения, но не можем ее доказать. Это, пожалуй, одна из самых сложных разновидностей болезни.

Научный прогресс фиксирует «Грозу»

Отделение психических и поведенческих расстройств Республиканского научно-практического центра психического здоровья рассчитано всего на 60 коек, а там лечат психические расстройства вследствие эпилепсии у больных со всей республики, поэтому круглый год ни одно койко-место не пустует.

Пациенты получают в основном медикаментозное лечение. О серьезности заболевания и об адекватном к нему отношении европейской медицинской науки свидетельствует постоянная работа над созданием новых высокоэффективных лекарственных препаратов. В последнее время их появилось более шести десятков. Кстати, тем больным, кто стоит на учете, лекарства выписываются пока бесплатно.

Среди современных методов диагностики на первом месте главный и точный «барометр» эпилепсии электроэнцефалография — запись биоэлектрической активности мозга. Она позволяет выявить наличие или отсутствие эпилептизации мозга. Вторая методика, которая используется в более сложных случаях, — видеоэгомониторирование. Одновременно идет регистрация энцефалографии, кардиографии дыхания и видеозапись самого пациента. Исследования проводятся по несколько часов подряд: ведь лечащий врач припадка не видит и узнает о нем у родственников или близких больного.

Часто под маркой эпилептических припадков маскируется процесс совсем другой болезни.

Могут быть отдельные изолированные формы «падучей» болезни. Например, у кого-то случаются припадки во время чтения, у кого-то их провоцирует телевизор или компьютер. Сильные провокаторы — бессонные ночи, несоблюдение приема лекарств, физические и эмоциональные перегрузки, внезапные стрессы.

Чтобы выяснить истинную картину заболевания, обследуемого пациента оставляют ночевать в специальном помещении, оборудованном для длительных исследований. Именно во время сна зачастую и случается припадок, который фиксирует видеокамера.

Одновременно регистрируется и энцефалографическая картина головного мозга, на которой четко видно, какие в это время происходят изменения в головном мозге — все импульсы, переходящие в разряды «молнии» фиксирует аппаратура.

Специалист анализирует происходящее и увиденное, создавая объективную клиническую картину для последующей диагностики.

Редкий недуг для нейрохирурга

В нашей стране около трех тысяч детей, страдающих от эпилепсии, более трехсот из них нуждается в операции. По словам одного из специалистов кафедры детской неврологии МАПО, в развитых странах операции при эпилепсии широко распространены. С их помощью удаляется участок головного мозга, вызывающий эпилептические приступы. По данным Центра нейрохирургии немецкого города Дуйсбург, шансы на полное излечение от приступов при этом очень велики и составляют 80 — 90 процентов, в оставшихся 10 — 20 процентов случаев удается добиться снижения частоты приступов.

Когда начнут проводить аналогичные операции в Беларуси, сказать трудно. Для этого необходим дорогостоящий нейрофизиологический комплекс и, самое главное — подготовленные специалисты мирового уровня.

Что такое эпилепсия в самом ужасном ее варианте, знает мама 14-летнего Павлика Чаховского. У мальчика ежедневно случается два-три больших эпилептических приступа. Происходят они в бессознательном состоянии, с выкручиванием рук и ног, с задержкой дыхания, в сильных конвульсиях. При этом маленьких, чуть заметных, но также угрожающих мозгу приступов только за ночь бывает около двух десятков. Надо ли говорить, да и можно ли описать словами состояние, в котором находится Павлик и его мама?!

Мальчику как раз и нужна операция, которую в Беларуси пока не делают. Виктория Чаховская ждала решения Минздрава о целесообразности лечения ребенка за границей, однако так и не дождалась… Чудом явилось для них персональное приглашение от немецких медиков-благотворителей. Появилась надежда.

Реально ли сделать операцию для лечения эпилепсии взрослому белорусу?

Оказалось, подобные вопросы задаются высоким чиновникам от медицины почти на каждой «прямой» или «горячей» телефонно-государственно-газетной линии. Но ответа нет.

Светлана БАЛАШОВА