Пластический хирург Владимир Подгайский не раз переделывал работу коллег из Москвы по увеличению груди

Главный оплот женственности — бюст — вновь возвращает себе утерянные было позиции. По–настоящему пышные формы неизменно ценили разве что в Индии. В Древних Египте и Греции, в Италии и Франции эпохи Возрождения приветствовалась грудь более скромных размеров. Аристократки в средние века вообще считали большие молочные железы уделом крестьянок. Сегодняшний идеал женской красоты, к счастью, совсем не такой бестелесный, хотя, с другой стороны, его трудно назвать физиологичным — высокий рост, вес намного меньше нормального и при этом выдающаяся грудь. Понятно, что с такими «идеальными пропорциями» повезло считанным единицам. А остальным на помощь всегда готова прийти маммопластика. По словам заведующего отделением микрохирургии Минской областной клинической больницы, члена Европейского общества пластических, реконструктивных и эстетических хирургов, доктора медицинских наук профессора Владимира Подгайского, такие операции на груди в Беларуси делают с 1993 года, ежегодно его отделение принимает более 120 подобных пациенток, и это далеко не предел...

Моей типично журналистской просьбе посмотреть на пикантную операцию хоть одним глазком Владимир Николаевич искренне удивился: «Да что вы там интересного увидите? Операция как операция. Даем общий наркоз, делаем разрез 4 — 5 см, формируем карман, вставляем индивидуально подобранный имплантат, зашиваем. На все про все — около часа. Сутки пациентка проводит под наблюдением в больнице. На следующий день выписываем. Поверьте, обычная рутина». Куда экзотичнее сами дамы. Одних на операционный стол приводит физический дефект: молочные железы асимметричны или просто отсутствуют. Другие, улучшив бюст, потом уже не могут остановиться в «самосовершенствовании» — вставляют аналогичные протезы в голени или, пардон, в ягодицы. У третьих фигуры настолько мальчишеские, что они, комплексуя, обходят стороной сауны и пляжи. Была в практике Владимира Подгайского пациентка, которой одно время казалось, будто она нашла верное «природное» средство для увеличения груди — беременность. Вот когда бюст устраивал ее на все 100! Но проходило время — и пышные формы исчезали. Женщина родила троих детей, прежде чем наконец решила закрепить «эффект» при помощи силиконовых протезов... Вот, кстати, почему пластические хирурги не советуют обзаводиться «искусственной грудью» до родов: мало ли как поведет себя в период беременности ваше тело.

Впрочем, это единственный момент, который нужно учитывать модницам. Ведь, по большому счету, как считает Владимир Подгайский, никаких противопоказаний к маммопластике сегодня нет. Силиконовый протез XXI века — это не гель, который когда–то наугад вводили в грудь и который затем мигрировал по всему телу, приводя порой к дичайшему маститу и сепсису. Это не дешевые пластиковые российские протезы середины 90–х годов прошлого века. И тем более некорректно сравнивать современный имплантат с его прародителем тридцатилетней давности.

Европейская комиссия по гарантии качества медицинских устройств в пластической хирургии официально заявила: науке неизвестно ни единого факта негативного влияния силиконовых протезов на здоровье женщины, беременность или кормление грудью. Это лучший ответ «силиконофобам», которые лет десять назад пугали прекрасную половину человечества раком и прочими напастями. Тогда врачи пошли на компромисс: стали использовать в качестве наполнителя физраствор, хотя сама оболочка осталась силиконовой. Но и это не спасало положения. Не дай бог попадет внутрь протеза пузырек воздуха — женщину будет с ума сводить бульканье при каждом шаге! В общем, когда со временем шум утих, хирурги силикон реабилитировали. Имплантат из него получается во всех отношениях приятный — нежный, мягкий, медузообразный, хорошо уживающийся с тканями организма. Хотите — круглый, хотите — анатомической формы, эдакая «груша на разрезе». Хотите — по 700 у.е. за пару, хотите — по 1.200 и выше. Вот только не надо ждать чудес. Ну нельзя из дамы с «нулевым размером» за раз сделать Лолиту Милявскую! Иногда сначала могут на время установить специальный эспандер, с помощью которого ткани постепенно расширяются (кожа ведь тоже должна подготовиться к метаморфозам). И лишь потом хирург берется за дело. По такой схеме, между прочим, ваяют женское тело и во время операций по перемене пола...

О «силиконовой груди» в народе вообще сложено немало легенд. Например, Владимира Подгайского изрядно позабавило выражение «откачать силикон» (чем будто бы занималась Памела Андерсон) — размер искусственной груди можно изменить, только поменяв протезы на меньшие. Заблуждаются и те, кто думает, будто фальшивые прелести видны невооруженным глазом. Если объем груди «не претендует» на Книгу рекордов Гиннесса, рубчик попал в зону межкожных складок да еще замаскирован татуировкой — даже профессионалу понадобится лупа. И уж совсем глупо считать, что желанные формы лучше обрести где–нибудь за границей. Владимиру Николаевичу не раз приходилось переделывать работу своих коллег, в том числе московских. Было время, искательниц пышных бюстов мошенники отлавливали в Москве чуть ли не на улице, оперировали неизвестно где и неизвестно как. В результате одна наша невезучая соотечественница получила от операционной электроустановки ожоги на обеих голенях. Куда только она ни жаловалась, куда ни обращалась — без толку. Отправили бедолагу восвояси с новым бюстом и записью в карточке «склонность к воспламенению». Вот чем, милые женщины, иной раз нам аукается погоня за рукотворной красотой.

Кому нельзя?
Увеличивать грудь имплантатами нельзя:
при раке или предраковом состоянии молочной железы без проведения адекватного лечения;
при наличии любой острой инфекции;
в период беременности и кормления ребенка;
при тяжелых сопутствующих заболеваниях.

Когда надо быть начеку?

Если вы страдаете аутоиммунным заболеванием, таким как волчанка или склеродермия, или заболеванием, при котором нарушены заживление ран и свертываемость крови.
У вас слабая иммунная система.