Спортивный врач рассказал, в чем разница в подготовке белорусских хоккеистов и футболистов

Кандидат наук, тренер-врач сборной Беларуси по хоккею и минского «Динамо» Геннадий Загородный рассказал корреспонденту «Салiдарнасцi» о том, в чем с медицинской точки зрения разница в подготовке белорусских хоккеистов и футболистов.

Геннадий Михайлович, скажи, пожалуйста, почему одни хоккеисты могут по полчаса проводить на площадке, а для других четверть часа — уже предел? Что на сей счет думает спортивная медицина?

Прежде всего, это связано с анатомо-физиологическими особенностями человека: композиции тела, состава и качества мышц, работы сердца и так далее. Хотя, понятно, очень многое зависит не только от физиологии и анатомии, заложенной природой, но и от степени профессионализма спортсмена по отношению к себе, к своему здоровью.
Речь, разумеется, идет о людях, достигших в спорте определенных высот. В частности, об игроках сборной. Ведь если в детском возрасте, когда происходит отбор, на первый план выходят физиологические и анатомические данные (далеко не каждый ребенок способен, к сожалению, вырасти в высококлассного спортсмена), то в спорте высших достижений этого уже недостаточно.

Ну да, примеров, когда по причине собственной безалаберности человек не сумел реализовать заложенный природой потенциал, увы, предостаточно… Поставлю вопрос конкретнее. На чемпионат мира по хоккею Руслан Салей, пропустив из-за травмы 12 матчей регулярного чемпионата НХЛ, приехал отнюдь не в оптимальной форме…

 …плюс перелет и акклиматизация.

Согласен, плюс перелет и акклиматизация. Так за счет чего он смог играть в среднем по 30 минут? За счет морально-волевых качеств?

В первую очередь, за счет степени собственной тренированности и того спортивного стажа, который есть у Руслана. Салей на коньках уже без малого тридцать лет, поэтому тот уровень тренированности, который был заложен в детстве и окончательно сформировался преимущественно за океаном, в НХЛ, и есть тот физиологический базис его высокой работоспособности.
Кроме того, я также хотел бы отметить высокопрофессиональное отношение Руслана к себе, к собственному здоровью. Ведь многие молодые спортсмены ведут себя так, словно им всю жизнь будет по 18-20 лет. А ведь организм не только взрослеет, но и стареет… Молодежь же этого не понимает, оттого и позволяет где-то недосмотреть за собой, нарушить режим, недостаточно размяться или, напротив, провести некачественную заминку.
«Заминкой» мы называем комплекс восстановительных упражнений, который необходим после игры или тренировки. Так вот, в Швейцарии Салей, Калюжный, Грабовский, Денисов, а также еще ряд игроков (к сожалению, не все) после каждой тренировки или сыгранного матча шли в тренажерный зал, где 20-30 минут, работая на велоэргометре, со штангой с небольшими весами, восстанавливали сердце и мышцы.
В нашем хоккее разминка в принципе проводится качественно — в ряде команд есть тренер по общефизической подготовке, который отвечает за разминку. С заминкой — сложнее.
Знаешь, если хоккеист или футболист «ломается» в первой трети матча — это, как правило, вопрос некачественной разминки, если же в последней трети — проблемы преимущественно педагогического плана. Разумеется, я говорю не об острых травмах, а о повреждениях, получаемых, что называется, на ровном месте.

Например, игрок дернул мышцу?

Совершенно верно.

А что означает довольно расплывчатая формулировка «проблемы педагогического плана»?

Это когда были либо неправильно подобраны упражнения, либо нарушена последовательность их выполнения. То есть тренеру важно не только подобрать нужные упражнения, но и определить последовательность их выполнения. Да и дисциплина выполнения — это тоже отдельная тема. Что я имею в виду? Например, один игрок выполняет их так, как положено, а другой — спустя рукава.
Я сакцентировал бы внимание на том, что проблема качественной разминки — и тем более заминки — весьма актуальна в таких игровых видах спорта, как футбол и хоккей. Особенно в футболе. Согласись, я могу сравнивать.

Конечно. Ведь ты не один год отработал в футбольном минском «Динамо» и национальной сборной.

Поэтому могу утверждать, что по сравнению со среднебелорусским хоккеистом среднебелорусский футболист более небрежно относится к себе, своему здоровью, своей физической форме, не считая разминку и заминку важной частью тренировочного процесса. И если благодаря тренеру большинство футболистов еще разминаются через пень-колоду, то про заминку говорить почти не приходится — ей уделяется чисто символическое время: побегают по полю 2-3 минуты, и все.
А ведь после силовой и скоростной нагрузки необходимо хорошо растянуть мышцы, восстановить их структуру, улучшить венозный отток после работы. Дело в том, что во время физических нагрузок мышца как бы набухает. И те мышцы, которые работают интенсивнее, «набухают», соответственно, больше, а те, которые работают меньше, остаются эластичными.
«Набухшая» же мышца содержит большое количество венозной крови, и во время физической нагрузки она (мышца) отекает. А отекшая, недовостановленная, мышца без заминки является хорошей базой для ее перенапряжения. Что впоследствии, через 5-7-10 дней, выйдет спортсмену боком: выполнение типичного для него движения с обыкновенной амплитудой может закончиться серьезной травмой…
Если брать баланс неострых травм в футболе и хоккее, то их соотношение в разы выше у мастеров кожаного мяча. Футболисты в плане выполнения медицинских указаний немного недорабатывают. В футболе гламурный, назовем так, компонент выражен четче. И хотя честолюбие у хоккеистов и футболистов одинаковое — способы реализации иногда не совпадают.

А кому труднее: хоккеисту или футболисту? В НХЛ, например, команды проводят в регулярном чемпионате по 82 матча — примерно по три встречи в неделю. В футболе же большинство команд, если это не гранды, участвующие в еврокубках, играют, как правило, раз в неделю.

Ситуация следующая. Если говорить о потере веса после тренировки или игры, футболист теряет в среднем килограмм-полтора, хоккеист — до четырех килограммов. Но это не означает, что футболисты меньше работают — по количеству километров, которые они преодолевают, каждый из них даст солидную фору любому хоккеисту.
Однако вопрос не в количестве, а в интенсивности и мощности. Что такое объем нагрузки? Это — мощность, интенсивность и длительность. Два первых компонента в хоккее гораздо выше, нежели в футболе.
Скажем, пульс футболиста во время товарищеских игр находится в пределах 150-155 ударов в минуту, то у хоккеиста — 165-170. Считай, процентов на 10-15 больше — разница огромная!
Кроме того, не стоит забывать про хоккейную экипировку, вес которой у вратаря доходит до 15 килограммов. А ведь в ней недостаточно просто выйти на лед — надо работать: присел, встал. Причем все надлежит делать быстро и резко: представляешь, какая это нагрузка, например, на приводящие мышцы…

Кто чаще обращается к врачу: футболисты или хоккеисты?

Количество обращений к доктору зависит от самого врача. Врач в команде — не только человек, мажущий зеленкой или делающий уколы, он еще и психолог. Поэтому, когда игрок обращается за помощью, его порой достаточно просто приободрить, что-то сказать, а иногда, наоборот, не сказать — тактично подать ту или иную травму.
Чем отличается спортивная медицина от клинической? В клинической медицине есть черное и белое: ты болен, значит, тебе нужны конкретные лекарства, которые ты обязан принимать, скажем, месяц, избегая любых нагрузок. И точка!
В спорте же приходится, что греха таить, нарушать некоторые медицинские каноны… Ведь если бы спортивные врачи работали исключительно по клиническим нормам, на тот же чемпионат мира по хоккею пришлось бы везти команду из ста человек.
Кроме того, в спортивной медицине интенсивность лечения выше, нежели в клинической — время-то ограничено. Но это не означает, что если у спортсмена явная травма, то врач в угоду тренеру или сиюминутному результату будет закрывать на это глаза. Ни в коем случае!
Хотя иногда спортивные врачи порой идут на поводу у тренера, не долечивают спортсмена или используют запрещенные Всемирным антидопинговым агентством препараты. Но природу не обманешь — за сиюминутный сверхрезультат придется в будущем расплачиваться собственным здоровьем. Подобные вещи иногда оборачиваются бедой — в прошлом году в России умерло трое молодых хоккеистов…

Наши молодые хоккеисты обучаемы? Во время чемпионата мира молодежь, играющая в КХЛ или чемпионате Беларуси, наблюдала за тем, как тренируются Салей, Грабовский, Калюжный?

Очень хорошо, что в сборной есть игроки, выступающие на самом высоком уровне. Действительно, можно бесконечно твердить о том, как надо делать, но ничто не заменит наглядного примера. Если спортсмен видит, что миллионер не ленится и работает так, как нужно, никакие уговоры после этого не потребуются.
Я обратил внимание, что наша хоккейная молодежь настроена на то, чтобы добиться в спорте серьезных высот. Считаю, белорусскому хоккею повезло, что у нас работают квалифицированные иностранные тренеры, имеющих за плечами отличную НХЛовскую школу, которые передают собственные знания, опыт естественным практическим путем, а не только при помощи каких-то теоретических лекций или семинаров. И здесь надо отдать должное председателю нашей федерации Владимиру Наумову, сделавшему ставку на североамериканских специалистов.