Хирург Пландовский убежден, что симпатэктомия очень важна для ребят, которые служат в армии и страдают гипергидрозом

Заслуженный врач Республики Беларусь, известный хирург Владимир Пландовский уверен: если делаешь людям добро, жизнь никогда не повернется к тебе спиной.

Бессмысленно спрашивать, сколько операций он выполнил за свою жизнь. Говорит: не помню. Главное для Владимира Александровича не статистика, а спасение жизни человека. За долгую карьеру ведущего хирурга Главного военного клинического госпиталя, это ему приходилось делать сотни раз.
— Когда спасаешь человека, который может погибнуть, чувствуешь себя в чем-то героем, — признается Пландовский. — Но это проходит быстро. После операции главное — выходить больного. И не всегда ситуация складывается так, как хочешь. Лично я верю в легкую руку хирурга, у которого всегда все получается. Почему? Многое можно научно объяснить, но не все. Иногда операция проходит, как по маслу, а после у пациента развиваются тяжелые осложнения, и спасти его не удается. А бывает, что шансов у больного практически нет, а он выживает... У меня всегда вызывают улыбку старые фильмы, в которых хирург, покидая операционную, снимает колпак и с пафосом заявляет: “Будет жить!”.

Неординарный случай

Хотя Пландовский — хирург с солидным стажем, ему тоже нередко приходится делать некоторые вещи впервые.
Как-то в выходной Владимира Александровича вызвали в госпиталь и сообщили, что “скорая помощь” везет молодого офицера, который упал на штырь. Пострадавшему арматура диаметром 1 см вошла в грудную клетку, ее конец торчит из головы. Пока не доставили пациента, Пландовский попросил подготовить операционную.
Случай был неординарный. Несмотря на тяжесть травмы и боль, офицер был в сознании и отвечал на все вопросы медиков. Даже рассказал, что с ним случилось. Оказалось, что он собирал вишню на даче, поскользнулся и упал со стремянки прямо на штырь, к которому был привязан куст крыжовника.
После того как врачи убедились, что давление и дыхание у доставленного в госпиталь офицера нормальное, а сам мужчина в сознании, его начали обследовать. Когда хирурги изучили снимки, выяснилось, что этот человек родился в рубашке: штырь не задел жизненно важные органы...
После операции двое суток у офицера держалась очень высокая температура. Наблюдая за его состоянием, Владимир Александрович все время задавал себе один и тот же вопрос: все ли сделано правильно? Но острый период вскоре миновал, и молодость взяла свое. Офицер выздоровел и выписался из госпиталя.
Признаюсь, что слушала эту историю с содроганием. Но Владимир Александрович, как всегда, сохраняет спокойствие. Говорит, хирургу предписано это.
— Неужели нет ничего, что выводит вас из равновесия? — спрашиваю у собеседника.
— Почему же? — хирург снова невозмутим. — Я не переношу, когда заведомую ложь выдают за правду. Ненавижу также, когда человека несправедливо обижают, и всегда защищаю его.

Спасение без промедления

В практике опытного хирурга было немало операций, которые без натяжки причисляют к разряду уникальных. Но не всегда те, кого спас этот  специалист, знают, что своим вторым рождением они обязаны именно ему.
Владимир Александрович вспоминает еще один случай. Рядового срочной службы доставили в районную больницу прямо с учений. Он был в сознании, дышал, да и сама рана была небольшой. У местных врачей, редко имеющих дело с огнестрельными ранениями, состояние солдата не вызвало серьезных опасений.
Но военные хирурги знают  о коварстве ранений многое. Потому Пландовского сразу направили в райцентр, чтобы он доставил раненого в госпиталь. Когда хирург приехал в больницу, увидел почти посиневшего солдата без сознания. Пришлось сразу дать команду срочно готовить операционную! После сложнейшей многочасовой операции хирург двое суток не отходил от раненого, а когда миновал самый опасный период, привез его в минский госпиталь. Не окажись рядом с этим пострадавшим опытного специалиста, могло бы произойти непоправимое...

Руки “под зонтиком”

Коньком Владимира Пландовского является торакальная хирургия. Под его руководством в госпитале освоен весь спектр операций на органах грудной клетки, лечение легкого после удаления опухоли. Но пока здесь оперируют лишь доброкачественные новообразования. Такие операции хирург делает и с помощью видеоторакоскопа, который позволяет оперировать пациентов малоинвазивным, бескровным путем. Благодаря этому удается избежать обширных полостных хирургических вмешательств, потому и выздоравливают больные быстрее.
Привыкший до всего доходить своим умом, хирург Пландовский нашел и другие области применения видеоторакоскопу. Внедренный им метод сегодня применяется при заболеваниях легких, сердца, поджелудочной железы и т.д.
К тому же Владимир Александрович первым в Беларуси внедрил в практику операции, которые помогают больным с диагнозом “гипергидроз” — при таком состоянии у человека всегда влажные и холодные руки. Возможно, кому-то эта патология покажется неприятной мелочью и не более того. Но жизнь обладателей мокрых ладоней совсем не сладка. Эти люди стесняются протянуть руку, потому что при сильном волнении не спасают даже носовые платки и салфетки: с ладоней течет как из ведра.
Пландовский убежден, что такие операции очень важны для ребят, которые служат в армии и страдают гипергидрозом. Ведь им приходится иметь дело с оружием, а в холодное время года держать его мокрыми озябшими руками — сплошная мука.
Что интересно — хотя подобные операции сегодня делают и в других лечебных учреждениях нашей страны, в госпиталь до сих пор обращается огромное количество больных, которые приезжают со всех регионов Беларуси. В помощи здесь никому не отказывают.

Где спрятан талисман?

— У вас есть какая-нибудь вещица, которую вы всегда берете с собой на операцию? — задаю вопрос Пландовскому.
Хирург задумывается лишь на минуту:
— Нет. Мой талисман у меня в душе....
В семье Владимира Александровича есть еще один хирург. Сын Александр пошел по стопам отца, он тоже торакальный хирург — сейчас  ассистент кафедры хирургии БГМУ, пишет диссертацию. Владимир Александрович признался, что хочет, чтобы сын превзошел его самого в профессии и стал классным хирургом.
— Я помню, как вы говорили, что не любите дачу, грядки и т.д. Это было связано с воспоминаниями детства: когда ваши сверстники гоняли мяч, вам приходилось дергать сорняки на огороде...
— Человек меняется с годами. В какой-то момент и я понял, что хорошо бы иметь домик в деревне.
— Будете выращивать картошку?
— Нет. Мечтаю посадить сад...