Лор Анна Буцель: Около 90% жалоб — из-за того, что медики не общаются с пациентами, не вникают в их проблемы

Доцент Анна Буцель заведует кафедрой болезней уха, горла, носа БГМУ. Она — главный внештатный оториноларинголог комитета по здравоохранению Мингорисполкома.

Поступать в мединститут ей посоветовал отец. Аня послушалась — и ни разу о выборе не пожалела. Более того, если в начале пути мечтала стать просто хорошим врачом, то со временем почувствовала желание заниматься наукой. Окончила аспирантуру, защитила кандидатскую «Этиология, клиника и лечение паратонзиллита».
Сегодня доцент Анна Буцель заведует кафедрой болезней уха, горла, носа БГМУ. Она — главный внештатный оториноларинголог комитета по здравоохранению Мингорисполкома, автор более 150 научных работ,

7 рационализаторских предложений, имеет свидетельство на изобретение. В кругу научных поисков — остановка носовых кровотечений, щадящие методы лечения вазомоторного ринита и хронического тонзиллита. Под ее руководством подготовлена и защищена кандидатская диссертация по вазомоторному риниту у беременных.
Анна Чеславовна мечтает подольше быть востребованной. А еще надеется, что хотя бы одна из внучек продолжит медицинскую династию.

Новые технологии входят в повседневность

— Большинство выпускников медвузов стремится получить распределение в больницу. Вы 5 лет работали лор-врачом в поликлинике № 22 Минска. Что это дало Вам как специалисту?

— После интернатуры я тоже мечтала о больнице. Направление в поликлинику поначалу расценила как трагедию. А оказалось, это замечательная школа. Оглядываясь назад, считаю те 5 лет едва ли не самыми лучшими. Я работала с каждым пациентом один на один, видела результаты усилий. Окрыляла благодарность людей. С каждым днем все больше влюблялась в свою специальность. Сейчас убеждаю студентов не бояться поликлинической практики.

— Какие достижения отечественной оториноларингологии в последние 10 лет повысили качество жизни людей с лор-патологией, увеличили шансы на выздоровление, сделали операции менее травматичными?

— При патологии носа, глотки, гортани сейчас прибегают к лазерной хирургии, это позволяет не нарушать функции оперированных органов. А эндоскопическое оборудование используется уже и в ряде поликлиник. Огромное значение теперь придается реабилитации после вмешательств.

Лет 20 назад больным с хроническим тонзиллитом предлагали только двустороннюю тонзиллэктомию. С годами, когда стала понятна роль небных миндалин, стимулирующих иммунитет в области верхних дыхательных путей, показания к операции пересмотрели. Если миндалины сохраняют свою функцию, мы применяем консервативные профилактические меры, предупреждающие обострение хронического тонзиллита. Работаем над тем, чтобы минчане смогли получить сурдологическую помощь в профильных специализированных кабинетах. Один уже открыт в ГКБ № 4. Скоро на его базе будут оказывать платные фониатрические услуги. Планируется платный сурдологический кабинет в Заводском районе на базе поликлиники № 17. Хирургические микроскопы закупили столичные клиники №№ 4, 9, 11, получив дополнительные возможности помогать пациентам с лор-патологией, в т. ч. с тугоухостью.

Оториноларингологи обратили внимание и на тех, кто страдает от ронхопатии (храпа). Раньше храп рассматривали как неудобство для человека и его окружения. А сегодня он считается серьезным заболеванием, из-за него происходит сбой в работе внутренних органов, в том числе сердечно-сосудистой системы.
На базе лор-отделения ГКБ № 4 при использовании лазерной хирургии отрабатывается новая методика увулопалатофарингопластики, которая позволит сохранить функции мягкого нёба и слуховых труб. В ближайшие годы мы ее обязательно внедрим. Отдельное научное исследование по лечению этой категории пациентов, а также людей с тугоухостью проводится на базе РНПЦ оториноларингологии.

— Наши граждане восприимчивы к новым методам лечения или консервативны?

— Пациенты порой больше готовы к инновациям, нежели специалисты. Хотя во многих поликлиниках столицы есть эндоскопы, которые прилагаются к оториноларингологическому комплексу в лор-кабинетах, некоторые врачи используют их не в полной мере.

Озарения и сомнения

— «Когда б вы знали, из какого сора растут стихи, не ведая стыда», — писала Анна Ахматова о таинстве творческого процесса. А из чего «растут» научные инновации, новые методы лечения?

— Изучить «анатомию» собственных идей мне сложно. Думаю, все новое в искусстве и науке рождается из стремления к творчеству, совершенствованию. Порой вынашиваешь мысли, а реализовать их помогают ученики. Давно хотела исследовать причину вазомоторного ринита у беременных. Ирина Долина, в то время аспирант нашей кафедры, взялась за изучение данной проблемы. Доказала, что отеки слизистой оболочки полости носа обусловлены гормональной перестройкой у беременных. Предложила метод светотерапии, которая позволяет сохранить свободное носовое дыхание и безопасна для плода. Он уже внедрен в физиотерапевтических кабинетах ряда поликлиник, женских консультациях Минска.

С пациентами надо разговаривать

— Поделюсь сугубо личным мнением. Мне кажется, чем выше технические возможности медицины, тем меньше внимания конкретному человеку с его особенностями, сопутствующими недугами. Врач «передоверяет» больного аппаратуре и стандартной схеме лечения. Но не всякий пациент подходит под протокол…

— Все поколения студентов-медиков воспитываются в убеждении, что личный контакт, осмотр, выслушивание жалоб — самое важное в диагностике. Инструментальные методы расцениваются как дополнительные. Хотя, не скрою, меня беспокоит, что некоторые доктора почти не разговаривают с больными. Около 90% жалоб — из-за того, что медики не общаются с пациентами, не вникают в их проблемы. Основы врачебной этики и деонтологии или не привиты иным коллегам, или забыты ими.

— Сегодня все чаще говорят о том, что общение людей — это обмен энергиями. Больной иногда неосознанно портит настроение медработникам, сбрасывая на них свой эмоциональный негатив. Вы на это реагируете? Научились ли защищаться?

— Когда человек выбирает медицину своей профессией, он обязан готовить себя к тому, что будет вынужден иметь дело с разными людьми. Если не научишься разговаривать с ними, то придется заняться чем-то другим. Как правило, добрые, душевные слова возвращаются врачу сторицей. Когда человек изначально настроен
агрессивно, то лично я стараюсь не вступать в споры, предпочитаю промолчать. Бывает внутренне закипаешь, но усилием воли не поддаешься на «провокацию».

Две большие страсти

— У Вас в семье много медиков?

— Нет. Мама работала в торговле. Папа по образованию педагог; долгое время занимался партийной и профсоюзной деятельностью. Муж — инженер. Сын — экономист. Терапевтом была свекровь, которая сыграла важную роль в моем профессиональном становлении. Врачами стали и два племянника.

— Что, помимо работы, вдохновляет Вас, приносит радость, дает силы?

— У меня две большие страсти. Одна — мои внучки: Вера, Катя, Нина. Они большие умницы. Все ходят в бассейн. Старшая, Вера, занимается синхронным плаванием. Катя любит танцевать. 4-летняя Нина на редкость коммуникабельная девочка. Когда они приходят в гости, я отдыхаю душой. Их слова «Бабуля, я тебя люблю» заряжают энергией на целую неделю.
Вторая страсть — путешествия. Ходить, смотреть, познавать для меня — лучший отдых. Каждое лето во время отпуска мы с мужем отправляемся на экскурсии по странам Европы. Объездили их уже почти все.

— У Вас 40-летний стаж семейной жизни. Есть личный секрет крепкого брака?

— Думаю, он не отличается оригинальностью. Главное, по-моему, — терпение и уважение друг к другу. Самое бесполезное занятие в супружестве — переделывать партнера под свой «формат».

— Как поддерживаете себя в форме?

–– Регулярно делаю зарядку. Несколько раз в неделю стараюсь посещать группу пилатеса. Правда, несколько смущает молодое окружение, зато совместные занятия дисциплинируют и подстегивают.

— Верите ли гороскопам?

— Во всяком случае читаю и стараюсь прислушиваться к рекомендациям. Я — Телец. И, как типичный представитель этого знака, если берусь за дело, то, как бы трудно ни было, довожу до логического завершения.

— Никогда не хотелось написать книгу, героями которой были бы медики?

— Как правило, это делают, когда подводят профессиональные итоги. Я пока не тороплюсь на заслуженный отдых. Хочется еще поработать.