Как получилось, что минский педофил Олег Коменда стал невменяемым? И как в Беларуси вообще проверяют на вменяемость? Интервью экспертов Государственного комитета судебных экспертиз

Молодой мужчина, порезавший всю семью. Педофил, который много лет домогался детей. Муж, убивший в порыве злости свою жену и затем пытавшийся совершить суицид. Что объединяет этих людей, попадающих время от времени в новостные сводки? Все они – виновники больших трагедий, которые совершили, либо осознавая, что делают, либо нет. От этой осознанности зависит, отправятся они в тюрьму или же на принудительное лечение. Общественность довольно часто спешит поставить этим людям свой диагноз – "неадекват", "невменяемый" и т.д. Однако, как выяснил TUT.BY, подавляющее большинство таких трагедий – около 98% – совершают вменяемые люди.

Мы решили разобраться, как все-таки в нашей стране определяется вменяемость человека, не бывает ли так, что, прикрываясь невменяемостью, человек "косит" от тюрьмы? Некоторые специалисты считают, что и в сегодняшней Беларуси такое может случиться.

Среди организаторов банды педофилов, совративших тысячи детей, один – вменяемый, а второй – нет?

В Байнете обсуждают трагедию на столичной улице Гая, виновником которой стал директор частной компании. Что заставило отца и мужа совершить такой поступок? Что должно было случиться с человеком, чтобы он порезал свою семью, а затем еще сел за руль и совершил ДТП, убив невольно двоих людей? Сейчас судебные психиатры как раз проводят его экспертизу, но не спешат делать выводы. "По тем сведениям, которые озвучены в СМИ, нельзя исключить остро развившийся психоз. Однако выводы будут сделаны лишь после проведения экспертизы. Иногда на вид самые нелепые поступки могут не сопровождаться болезненными мотивами", - пока коротко отвечают эксперты.
 
Во всех подобных случаях заключение экспертов направляется следователям, а оттуда дела направляются прокурору и затем - в суд. Окончательное решение по определению меры наказания/лечения всегда остается за судом.
 
Однако иногда совершенно не ясно, почему принимается то или иное решение по вменяемости человека, говорит адвокат с большим стажем работы Станислав Абразей.

"За мою практику могу вам сразу назвать два дела, которые уже давно закончились, а я до сих пор не понимаю, почему одних фигурантов признавали вменяемыми, а вторых - нет. В 2009 году суд Ленинского района Минска рассматривал дело по статье 139 УК (Убийство). Парень нанес 52 удара отверткой человеку в подъезде. Этот парень - инвалид с детства, еле может пару слов связать, в свое время на психиатрическом учете стоял. Но его не признали невменяемым. Осудили. Я к нему ездил в колонию, в Могилев, я с ним даже поговорить толком не мог. Потому что мы говорили на разных языках. У него был уровень развития 9-летнего ребенка. И вся колония понимала, что он невменяемый, не знали, что с ним делать. Ему там постоянно психологическую помощь оказывали какую могли, но даже работники колонии разводили руками: ну его же официально признали вменяемым".

Второй случай из практики адвоката, наоборот, связан с ситуацией, когда все вокруг были уверены во вменяемости главного фигуранта уголовного дела о мошенничестве, а его признали невменяемым.
 
Речь идет о громком уголовном процессе страхового мошенничества, известном как "Дело черной сотни". Сегодня в Беларуси это едва ли не самое большое по количеству обвиняемых (более 1 500, многим сняли обвинение после того, как они возместили вред) уголовное дело. Суть их аферы сводилась к тому, что мошенники брали автомобили, которые ранее участвовали в ДТП, выезжали на место запланированной "аварии", расставляли машины в нужном порядке с помощью сотрудников ГАИ, составляли протоколы ДТП и обращались к страховщикам за компенсацией. В страховых компаниях у мошенников были "свои" эксперты-оценщики. После двух лет безнаказанности мошенники стали использовать в преступной схеме не реальные автомобили, а придуманные.
 
Одного из фигурантов дела защищал Станислав Абразей, поэтому с этим делом он знаком хорошо. "Так вот, вы представьте, каким смышленым надо быть человеком, чтобы придумать такую схему. При этом организатора всей этой банды признали невменяемым на момент совершения преступления. В тюрьму он так и не поехал", - вспоминает адвокат.
 
Но есть и более свежие примеры уголовных дел, фигуранты которых вызывают вопросы именно потому, что схемы, которые они использовали для совершения преступлений, не дают поверить в то, что их мог придумать невменяемый человек. Только в этот раз речь не о машинах, а о детях, пострадавших от целой группы педофилов.
 
В январе этого года информационное пространство Беларуси поразила новость, опубликованная в официальном журнале МВД "На страже": сообщалось, что раскрыто дело столичных педофилов, жертвами которых могли стать до десяти тысяч мальчиков. Один из сообщников к моменту публикации был признан вменяемым и получил 17 лет тюрьмы, а второй – Олег Коменда – только лишь ожидал суда. А на днях стало известно, что чуть больше месяца назад суд Заводского района Минска, который исследовал всё ту же хитрую схему совращения детей, за которую посадили первого фигуранта на 17 лет, второго участника ... признал невменяемым. И освободил от уголовного наказания.
 
"Все не так просто"

TUT.BY обратился за комментариями в Государственный комитет судебных экспертиз.

Именно здесь, в отделе стационарных судебно-психиатрических экспертиз лиц со строгим наблюдением, проводятся стационарные экспертизы лицам, содержащимся под стражей, обвиняемым либо подозреваемым в совершении тяжких и особо тяжких преступлений.

Георгий Адрианович Лапицкий - начальник управления стационарных судебно-психиатрических экспертиз и Андрей Томович Риман - начальник отдела стационарных судебно-психиатрических экспертиз лиц со строгим наблюдением большую часть своей жизни исследуют общественно опасных людей со всей республики. Стаж работы Лапицкого - почти 30 лет. У более молодого специалиста, Андрея Римана, стаж тоже впечатляющий - 15 лет.
 
Корреспондент TUT.BY побеседовал с ними прямо в стенах так называемого “стражного” отдела, расположенного на территории Центра психического здоровья, где и содержатся опасные индивиды в ожидании заключения врачей.

Как правило, содержатся они там по четыре человека в палате, либо, в особых случаях, по одному. Правда, палаты эти больше похожи на тюремные камеры: толстые металлические двери с маленьким, но плотно-плотно зарешеченным окном. Такое я видела только в жодинской тюрьме №8 в отделении для осужденных пожизненно.
 
Андрей Томович категорически не согласен с тем, что здесь - тюрьма. Говорит, что условия содержания в отделе приближены к больничным. "Даже у нас, пока только экспертизу проходят (она длится 30 дней), люди поправляются на несколько килограммов!" - рассказывает он.

Георгий Лапицкий информацию подтверждает. Он считает, что именно поэтому в Беларуси, к сожалению, невменяемым быть намного выгодней, чем заключенным. В Англии, например, система другая.

"Там в тюрьме отсидел, и всё. А если ты невменяемый, то будешь чуть ли не на пожизненном контроле", - поясняет он, отмечая, что симулянтов под невменяемость за свою практику они в управлении повидали не один десяток. Когда таких "раскалывали", выяснялось, что причина симулировать была обычно одна: "Не хочу в тюрьму".

Симулянты, говорят эксперты, бывают разные: некоторые просто правдоподобно-артистичные, а некоторые – еще и очень хитрые.
 
"В моей практике были случаи, когда люди готовились к совершению преступления – чаще всего экономического - приходили в психиатрическую больницу и заявляли жалобу, что у них галлюцинации, их начинали лечить. Были талантливые люди, которые, сидя в камере СИЗО и видя психически больного человека, научились копировать его: тщательно собирали все данные его жизни, выспрашивали, что он чувствует подробнейшим образом", - вспоминает Андрей Томович. По его словам, любят эту схему использовать как раз мошенники, которые, "отметившись" в "Новинках", потом идут и дурят людей на кредитах, жилье, каких-то услугах и т.д.
 
Доказать симуляцию можно. Помимо того что пациент общается с врачами тет-а-тет, опрашиваются его родственники, друзья, соседи по палате и т.д. Человек может вести себя с врачом как больной, а среди больных в палате будет анекдоты травить. Мои собеседники вспоминают, как у них проходил экспертизу дедушка, который во время беседы с психиатрами имитировал слабоумие, а потом шел в палату и писал родственникам подробное письмо, в котором рассказывал, как он на самом деле себя чувствует, чем его кормят и т.д.
 
"Наша задача состоит в том, чтобы найти вот такие несоответствия. Кроме того, мы изучаем уголовное дело, по которому человек проходит, запрашиваем все оригиналы его медицинских документов и т.д. И наблюдаем, наблюдаем. При острых психических расстройствах может быть назначено лечение. Больному оно реально помогает, а вот симулянта начнет крутить, ему становится плохо. И когда "пазл" складывается, тогда и говорим: "Так, голубчик, мы все про тебя знаем", - говорят эксперты-психиатры, отмечая, что у "вменяемости", как и у "невменяемости" есть все-таки довольно четкие критерии.
 
"Бред часто встречается в симптомах психического расстройства, но не все же совершают преступления"

Так на что опираются эксперты в своих выводах? "Чтобы вы точно понимали: формирование юридического вывода о том, что человек невменяем, делает суд, а не мы. Мы только отвечаем на вопрос: мог ли человек в момент совершения общественно опасного деяния осознавать 1) фактический характер своих действий, 2) их общественную опасность, 3) руководить своими действиями", - четко объясняет Георгий Лапицкий. Оба специалиста объясняют: чтобы им дать ответы на все три вопроса, надо, в отличие от юристов, которые ищут мотив преступления, определить мотивацию поступка, узнать, была ли она болезненной. Это – разные вещи.
 
Как происходит работа экспертов? Прошу объяснить на пальцах, что у экспертов получается неплохо.

У человека несколько сфер психической деятельности. Психическое расстройство, как правило, затрагивает несколько сфер этой деятельности. Задача экспертов  - изучить влияние каждой из измененных болезнью сфер на мотивацию и действия человека при анализе его поступка. Простой пример, основанный на практике: мужчина может прогнозировать, думать, анализировать, вполне адекватно общаться с окружающими. Но при этом он может бредить по отношению к своей жене: ему все время кажется, что она ему изменяет, он слышит голоса, которые нашептывают о ее изменах. Если он в этом бреду жену убивает и эксперты устанавливают, что причиной убийства стал именно бред, находясь в котором мужчина не мог себя контролировать, то его посчитают невменяемым.
 
Если же он бредит только по отношению к жене, но при этом совершает кражу из магазина, то мужчину могут признать вменяемым. Потому что его болезненный бред к жене никак не связан с тем, что у него была совершенно осознаваемая жажда наживы.
 
"В моей клинической практике был такой больной. И вот он бредил, а потом в один момент, когда испытывал галлюцинации, слышал определенные голоса, которые ему подсказывали убить жену-изменщицу, он и совершил свой поступок. Только он агрессию направил не на жену, а на себя: взял и отрезал себе половой орган. Был признан невменяемым, потому что он в этот момент руководствовался конкретным болезненным мотивом", - приводит в пример Георгий Адрианович.
 
Еще пример. Мать отрезала голову своему ребенку – у моих собеседников был случай экспертизы и такой личности. "Почему она, имея столько хороших характеристик с работы, хороших отзывов, это сделала? Потому что она видела, что у ребенка выросло две головы, и одна – сатанинская. Мать, наоборот, хотела его спасти, убрать сатанинскую голову", - вспоминает Андрей Томович. Женщину признали невменяемой, потому что было установлено: именно эти галлюцинации стали причиной поступка.

А вот пример про педофилов. Они-то, напротив, довольно редко бывают невменяемыми: как правило, эти люди очень четко осознают, почему и для чего в плане сексуальных утех им нужны дети.

"В моей практике были случаи, что изначально педофил контролировал свое влечение к детям, а потом это влечение нарастало. Педофил, выслеживая детей, всегда соблюдает разные меры предосторожности, он понимает наказуемость своих действий. Но иногда насилие заканчивается убийством, чтобы не оставлять свидетелей, чтобы скрыть свои следы. У человека идет внутри борьба мотивов. И даже если считать, что у него патологическое влечение к ребенку, то какое отношение имеет убийство к его патологии? Наоборот, прослеживается абсолютно здоровый мотив скрыть следы преступления", - говорит Андрей Риман.
 
С мошенниками ситуация такая. Эксперты говорят, что иногда сложность и целенаправленность действий уже говорит о том, что у человека не невменяемость. "Но даже в случае мошенничества, как и в случае с мужчиной, у которого проявлялся бред по отношению к жене, может быть, что человек, который способен прогнозировать и высчитывать что-то в обычной жизни, совершает какой-то поступок или серию поступков на почве бреда. Я не занимался случаями мошенников, о которых вы говорите, но вполне допускаю, что человек мог быть признан невменяемым", - говорит эксперт Георгий Лапицкий.

Эксперт подчеркивает: "Не психическая болезнь совершает общественно опасное деяние. А личность. Бред часто встречается в симптомах психического расстройства, но не все же совершают преступления! Вот простая аналогия: алкогольное опьянение. Выпив, каждый человек ведет себя по-разному, и далеко не все совершают опасные деяния. Кто-то становится тихий, спокойный, добрый, а кого-то тянет на подвиги. Так это не только алкоголь виноват, но и личность, у которой сняты тормоза под действием алкоголя. И неважно, здорова психически эта личность или нет!" 

В подтверждение своих слов эксперт приводит статистику: последние годы в среднем проводится 26-28 тысяч судебно-психиатрических экспертиз по республике. И только немногим более 2% - это те люди, которые совершили преступление, будучи невменяемыми. "Здоровых надо бояться, здоровых!" - восклицают специалисты.

Тем не менее, как случилось, что педофил Олег Коменда стал невменяемым, пока так и осталось загадкой для широкой общественности. Как мы сообщали ранее, по неофициальной информации, некоторые сокамерники Коменды сегодня готовы свидетельствовать, что он обманул врачей и суд. Есть свидетельства людей, которые наблюдали, как он готовился к симуляции невменяемости, внимательно изучал Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы, симптомы невменяемости и даже как репетировал свою невменяемость. При этом, возвращаясь с экспертизы, человек вел совершенно адекватные разговоры и активно интересовался происходящим в политике. Некоторые специалисты, имевшие отношение к расследованию его действий, опасаются, что он "немного полечится да и выйдет на свободу". В Государственном комитете судебных экспертиз, где проводилась судебно-психиатрическая экспертиза педофила, от подробных комментариев пока отказываются, ссылаясь на закон "Об оказании психиатрической помощи". Согласно этому закону, рассказать, что случилось с психическим здоровьем обвиняемого, можно только с его согласия либо с согласия его опекунов.

Екатерина Синюк / TUT.BY