Лор-хирург Олег Мазаник из 3 детской больницы Минска собрал коллекцию предметов, извлеченных из дыхательных путей детей: орешки, семечки, монетки, пуговицы, значки, детальки от конструктора и даже дверной ключ

Как улучшить доступность ЛОР-помощи юным пациентам, рассказал главный внештатный детский оториноларинголог комитета по здравоохранению Мингорисполкома Олег Мазаник

Олег Анатольевич работает заместителем главного врача по медицинской части 3-й городской детской клинической больницы Минска.

— Несмотря на то что в детских поликлиниках укомплектованность оториноларингологами удовлетворительная, востребованность ЛОР-помощи — высокая, особенно вечером или ночью, — замечает он.

В эти часы, да и в дневное время, родители везут детей в 3-ю детскую клинику. Их можно понять: врачи в больнице компетентнее коллег из поликлиник. У них больше сложных случаев, шире диагностические возможности… К тому же в клинике круглосуточно работает кабинет неотложной ЛОР-помощи. Но реально ли принять нескончаемый поток юных пациентов? В кабинете, открытом с 1992 года в приемном отделении, было тесновато.

— Поэтому вспомогательные помещения на шестом этаже нашего здания реконструировали под ЛОР-кабинеты, — вводит в курс Олег Анатольевич. — На это потребовалось шесть месяцев, сейчас там ведут прием два врача — с 8.00 до 20.00 и с 20.00 до 8.00.

В среднем за сутки проходят 140-150 пациентов. Консультации, обследования, лечение.

Через стационарное ЛОР-отделение 3-й детской клиники в месяц проходят более 350 пациентов.

— Не многовато ли?

— Не то слово. Поэтому и хотим организовать районные амбулаторные ЛОР-кабинеты в поликлиниках. Тогда не будет претензий со стороны некоторых родителей. В принципе обывателя понять можно. Он хочет прийти в медучреж­дение и чтобы его сразу приняли, оказали медицинскую помощь. Но с таким потоком пациентов очень сложно всем угодить.

— Запись существует?

— По скорой? Какая может быть запись!

Иногда в очереди 4-5 человек, а порой 20. В эпидемический сезон 2-3 часа отстоять надо.

Врачи работают, как заведенные, на минутку отлучиться не могут. Представьте, 12 часов не выходя из кабинета!

Сейчас пациентов меньше, но все равно до 150 детей в день принимают.

Одни родители понимают, насколько сложно приходится врачам, другие требуют: «Разберитесь, наведите порядок!»

— Чем конкретно помогут районные амбулаторные ЛОР-кабинеты?

— Создадим их по одному в каждом районе. В кабинете будут вести прием два специалиста, к которым в рабочее время мед­учреждения можно будет обращаться по скорой и неотложной ЛОР-помощи. Нагрузка на нашу больницу снизится.

Тем не менее, с учетом того что круглосуточно рентген и лабораторные службы работают только в 3-й детской клинике, а также в зависимости от тяжести заболеваний, все равно будем принимать амбулаторных пациентов.

— Где такой кабинет появится первым?

— Скорее всего, во Фрунзенском районе, в 16-й детской поликлинике. Мы разговаривали на эту тему с главным врачом, он с энтузиазмом воспринял предложение. Вот летом, возможно, и откроем.

Поднимаемся на шестой этаж, где, как упоминалось, оказывают неотложную и скорую оториноларингологическую помощь.

— Так выглядит современное рабочее место врача-оториноларинголога, — объясняет Олег Мазаник. — А здесь оборудование попроще — стандартное: лампочка, лобный рефлектор… Примерно таким образом будет оснащен районный амбулаторный ЛОР-кабинет. В этих помещениях можно организовать еще третье рабочее место. Сделаем, если будет необходимо.

В кабинетах установлены компьютеры. Медицинская документация ведется в электронном виде. Если пациенту, пришедшему на амбулаторный прием, срочно нужно сделать анализ крови, в лабораторию подается электронная заявка. Спорный диагноз? Ребенка направляют на рентген. Затем по результатам лабораторных и рент­генографических обследований врач скажет, нужна ли ему госпитализация.

Амбулаторный прием в клинике — только часть еже­дневной работы специалистов. При ряде заболеваний без оперативного вмешательства не обойтись. В больнице оказывают хирургическую помощь минским детям с проблемами ЛОР-органов.

Заходим в оперблок. Операционная — современная, наркозный аппарат высочайшего класса, специальный микроскоп.

Ребенку сделали общий наркоз, с минуты на минуту начнется операция — двусторонняя тонзилэктомия (полное удаление миндалин).

Что ж, не будем мешать.

По соседству вторая операционная, пока свободная. Странно, зачем в ней кресло, как у стоматологов?

— Усаживаем в него ребенка и делаем операцию под местным обезболиванием — объясняет Олег Анатольевич.

Врачи выполняют ЛОР-операции даже годовалым малышам.

— Получается уговаривать?

— Это целое искусство — уговорить малыша. Но справляемся.

— Нашей специальности нужно учиться много лет: после стажировки врач самостоятельно не оперирует — он ассистирует. И только через несколько лет молодой доктор сам выполняет определенные виды операций, — отмечает собеседник. 

— Чтобы сделать тонзилэктомию (о ней упоминалось), надо 5-7 лет проработать, иметь достаточно высокую квалификационную категорию.

Это очень сложная операция.

Как хирург с 25-летним стажем скажу, что простых операций вообще не бывает. Любую из них должен делать квалифицированный врач.

Представляя оперблок, нельзя не сказать о пред­операционной, в которой (как и в амбулаторном кабинете) стоит компьютер. Зачем? Как оказалось, туда хирург, анестезиолог заносят информацию о выполненной операции, затем информация сохраняется на сервере, архивируется. Можно распечатать. Врачи также используют технику для заказа медицинской карты пациента. В соответствии с Законом Республики Беларусь «О здравоохранении» доступ к информации строго регламентирован. Лечащий врач, заведующий отделением, заместитель главврача несут юридическую ответственность за неразглашение врачебной тайны.

В тему

Только ЛОР-врачи 3-й детской клиники в среднем за год спасают от смерти около 50 детей с инородными телами в бронхах или трахее.

За долгие годы работы доктор Олег Мазаник собрал необычную коллекцию — монетки, пуговицы, значки, детальки от конструктора и даже дверной ключ. Словом, всякие мелочи, извлеченные в разное время из дыхательных путей юных пациентов. Один из раритетов — стоматологический экстрактор — пришелся на его дежурство. Дантист лечил зубы девочке-подростку. Не досмотрел: инородное тело полетело в трахею. На рентгеновском снимке видно было, что экстрактор вонзился в стенку трахеи…

Однако чаще всего врачи достают из бронхов и трахеи малышей орешки и семечки. Поэтому, рекомендует врач, при подозрении на попадание инородного тела в организм малыша набирайте 103.