Накануне самоубийства был в депрессии. В Гродно майор милиции Андрей Хомутинник прилюдно застрелился

Публичное самоубийство милиционера в тире РОВД Октябрьского района, которое произошло 28 марта, потрясло жителей Гродно. Во время зачета по стрельбе 32-летний сотрудник УВД облисполкома произвел из пистолета смертельный выстрел себе в голову. На прошлой неделе стало известно, что по этому факту уголовное дело возбуждаться не будет. Служебная проверка показала: накануне самоубийства милиционер был в состоянии депрессии.

***

Молодой офицер получил табельное оружие, приставил пистолет к голове и выстрелил. Это произошло во время учений, которые проходили в Гродно в пятницу, 28 марта.

Все происходило в тире по улице Гая в здании РОВД Октябрьского района, где проводились учебно-методические стрельбища. Молодой офицер – майор одного из подразделений УВД Гродненского облисполкома – во время учебных стрельбищ получил оружие и патроны. Но вместо того, чтобы начать стрелять по мишеням, он приставил оружие к голове и нажал на курок. В это время в тире находились его сослуживцы, а также руководство из Минска.

Известно, что погибшему сотруднику УВД 32 года, он был женат.

Перед смертью он выслал сообщение жене

Мама погибшего офицера Ирина Алексеевна рассказала, что накануне ничего не предвещало трагедии. Еще в четверг Андрей предложил жене Елене пойти вместе с дочкой Кариной в субботу «на мороженое». Совсем скоро девочке исполнится пять лет. А в пятницу Андрей, как обычно, пошел на работу. Единственное: с утра ему позвонили и сообщили, что случилось какое-то происшествие. Но в работе миллиционера это не редкость. Со слов мамы, видевшие его по дороге на работу отмечали, что он вел себя как всегда, был в нормальном настроении, только очень спешил. А после 11 утра родным позвонили с трагическим известием.

Известно, что во время плановых стрельб Андрей пошел стрелять последним. Обычно же все хотят «отстреляться» как можно раньше. Друзья предполагают, что он до последнего принимал решение. В итоге Андрей занял не предназначенную для него позицию, а выбрал место, откуда не мог никому навредить, кроме себя. Слева от него находилась только стена. Первый выстрел милиционер произвел по мишени, а второй — себе в голову.

Мама рассказала, что ее сын отправил жене сообщение: «Прости за всё. Поцелуй от меня Каринушку». К сожалению, Елена увидела его уже после трагедии. Вначале она решила, что СМС выслал кто-то другой. Но потом поверила, что автором был именно муж, ведь Каринушкой дочку называл только он. Елена тяжело переживает потерю мужа. Сейчас она уехала к родителям в другую область, поговорить с ней не удалось.

Родители говорят, что Андрей оставил на работе предсмертную записку. Но родным ее не показали и содержание пока не раскрывают.

Никогда не хотел уйти из милиции

Мама думает, что Андрей совершил самоубийство на рабочем месте, чтобы что-то доказать. Ведь если бы он просто задумал уйти из жизни, то мог выбрать любой другой способ либо сделать это в другой обстановке, по службе он имел доступ к оружию. Правда, прежде Андрей избегал демонстративных протестов, да и вообще любых конфликтов.

Погибший майор в последние недели много ездил по командировкам, возвращался домой поздно, работал и на выходных. «Он был очень ответственным. Если надо отчет написать, то он вечером оставался на работе, чтобы сдать его вовремя», — рассказывает Ирина Алексеевна. А в последнее время Андрей стал жаловаться, что стало тяжело работать. Три месяца назад он перешел из Октябрьского РОВД в одно из подразделений УВД Гродненского облисполкома.

И все-таки мама не может понять и принять выбор сына.

— Это как надо было человека довести, чтобы он забыл про всё. Ведь он очень любил дочку! Даже иногда с ней больше занимался, чем жена, — недоумевает Ирина Алексеевна.

При этом Андрей никогда не говорил о своем желании уйти из милиции, где проработал много лет. Поступление Андрея в Могилевскую школу милиции было осознанным, поскольку он решил пойти по стопам отца и дедушки. И после окончания школы милиции, работая участковым инспектором, старшим участковым инспектором, несмотря на все сложности, старался все делать хорошо и качественно.

Любил жизнь

— Он был очень добрым, шустрым, общительным, «жутким говоруном», — говорит мама. — Не курил и практически не выпивал. Интересовался многим помимо работы — историей, природой, военным делом. Он мог бы стать хорошим преподавателем истории. Андрей очень любил играть со всеми детьми во дворе. Так что даже дочка ревновала и всем объясняла: «Это мой папа!»

Бабушка молодого человека Лидия Семеновна не может говорить о внуке без слез. «Он — золото, светлый человек, как солнышко. «Бабулечка» — только так он меня и называл и никак по-другому. Он никому никогда не отказывал. Для нас его смерть как гром среди ясного неба», — плачет Лидия Семеновна.

В семье всё было хорошо, жили дружно. Бабушка считает, что Андрей не выдержал из-за работы: «У него не было ни выходных, ни проходных, а человеком он был восприимчивым, все принимал близко к сердцу».

Руководитель погибшего милиционера, который попросил не называть его, смог охарактеризовать Андрея только положительно, как исполнительного, добросовестного в работе. Замечаний к подчиненному у него не было. Еще один бывший руководитель высказался о нем коротко: «Он был нормальным парнем, без прибамбасов».

Друзья и знакомые до сих пор не могут поверить в смерть молодого человека. Они высказываются о нем в интернете как о жизнерадостном, справедливом, честном человеке, всегда готовом прийти на помощь даже в ущерб своим интересам.

Последний статус на страничке Андрея в социальной сети тоже позитивный: «Я люблю тебя, жизнь!»

Есть мнение, что если бы Андрей мог выговориться и получить поддержку друзей, то трагедии бы не произошло. Но один из его приятелей в комментарии опровергает такую точку зрения. Он вспоминает, что за неделю до трагедии виделся с Андреем, тогда тот улыбался и шутил, и нельзя было заподозрить что-то неладное.

Мама милиционера говорит, что у него было много приятелей. А вот лучшие друзья переехали, так что встречались они реже и общались преимущественно с помощью интернета.

— На похороны пришло очень много человек. Никто не мог поверить в то, что случилось: «Кто угодно, только не Андрей!» Но в основном все стояли молча, так всем было тяжело, — вспоминает Ирина Алексеевна.

Погибшему офицеру было 32 года. 28 марта во время учебно-методического сбора для офицеров старшего начальствующего состава в ведомственном тире при сдаче зачета по стрельбе он произвел из пистолета выстрел себе в голову. У него остались жена, маленькая дочь, родители, сестра, бабушки и дедушка.

***

Отец застрелившегося офицера Игорь Григорьевич Хомутинник ознакомился с материалами проверки и решил поставить свою точку в деле гибели сына. Он написал письмо в редакцию «ВГ», в котором рассказал о службе сына, его должности и о последних днях Андрея.

«В ходе проверки, проведенной Следственным комитетом, установлено, что мой сын Андрей психических заболеваний не имел. По заключению психолого-психиатрической экспертизы, он находился в состоянии эмоционального напряжения (мог сознавать значение своих действий и руководить ими).

Отношения в семье были очень хорошими, за несколько минут до смерти направил жене СМС, в котором попросил у нее прощения и просил поцеловать дочь. Никаких финансовых проблем у них тоже не было, жили не «круто», но вполне достойно для молодой семьи. При проведении следственных действий в ходе осмотра квартиры, автомобиля, рабочего кабинета ничего незаконного не было обнаружено.
Основной вывод Следственного комитета: отсутствие объективных данных, подтверждающих причастность конкретных лиц к самоубийству моего сына. И в целом я с этим согласен.

В материалах служебной проверки 7-го управления ГУСБ МВД, с которыми меня также ознакомили, недостатков в его работе нет, других причин, побудивших к самоубийству моего сына, не установлено.
Почему же Андрей так поступил, тем более в такой демонстративной форме? В оставленной записке он указал, что эта работа и довела его до самоубийства.

О службе сына

В 2001 году мой сын закончил Могилевскую школу милиции и начал службу участковым инспектором в РОВД Гродно. В 2006-м он успешно закончил Академию МВД в Минске, в 2008 году был назначен старшим участковым в этом же РОВД, получил воинское звание майор, тем самым достигнув «потолка» офицерского звания на этой должности. В 2009 году мы с женой в торжественной обстановке получили от начальника РОВД полковника милиции Бета Л. А. благодарственное письмо, в котором было сказано, что наш сын с честью выполняет служебные обязанности и им гордятся. Кстати, за всю службу Андрей имел только одно взыскание и 27 поощрений.

В последующие годы со сменой руководства РОВД начала набирать обороты система работы, о которой указано в Директиве Президента Республики Беларусь от 27 декабря 2006 г. №2 «О мерах по дальнейшей дебюрократизации государственного аппарата»: «…Еще есть руководители, избравшие удобный для себя так называемый «кабинетный» стиль работы, предпочитающие принимать решения без объективного анализа реальной обстановки на местах. Создавая видимость деловой активности, они сводят свою деятельность к подготовке различного рода информации, справок, инструкций, планов, отчетов, отвлекая тем самым от конкретной работы большое количество служащих различных организаций.

Проявляемые некоторыми чиновниками формализм, волокита, бумаготворчество, чванство, неуважение к людям, безразличие к их судьбам и потребностям, о чем свидетельствуют поступающие на рассмотрение главы государства обращения граждан, подрывают их доверие государству».

На должность старшего инспектора группы разрешительной работы управления охраны правопорядка и профилактики милиции общественной безопасности УВД Гродненского облисполкома Андрей согласился потому, что хотел уйти из РОВД, где его отношения с руководством, мягко сказать, не сложились. Его назначение в УВД было не выдвижением, а «задвижением». Во-первых, как и в РОВД, так и в УВД Гродненского облисполкома это были майорские должности. То есть возможности получить следующее звание, подполковник, у него не было. Во-вторых, он даже в денежном содержании потерял: стал получать меньше, чем тогда, когда был старшим участковым. О том, что стоял в резерве на выдвижение, после вышесказанного даже смешно говорить.

О новой должности

Новая должность Андрею была незнакома. В его обязанности входило решение вопросов, касающихся выполнения закона РБ «Об оружии» и других нормативных актов в сфере оборота оружия, а также вопросы предупреждения АЧС, других заболеваний животных. Именно в этот период проходило специальное мероприятие «Арсенал», а также усиленные мероприятия по предупреждению заноса и распространения африканской чумы свиней в области. Это требовало максимальной самоотдачи, частых командировок. При этом количество исполняемых бумаг оказалось в вышестоящей структуре еще больше. Если бы у него уже был опыт работы в этой должности хоть год, я уверен, что он справился. Но как раз опыта и знаний не хватало, а высокое чувство ответственности не давало возможности делать «спустя рукава». Поэтому последние несколько месяцев он практически работал в свои выходные дни, что способствовало накапливанию общей усталости и постепенно приводило, как отмечено в психолого-психиатрической экспертизе, к «…состоянию эмоционального напряжения».

О роковом выстреле

26 марта 2014 года полковник милиции — заместитель председателя комиссии МВД, работавшей в Гродненском УВД, вызвал моего сына с документами по проверке его работы и назначил на следующий день беседу по итогам этой проверки. 27 марта Андрей на беседу не прибыл, так как находился в командировке. 28 марта в 7 часов утра Андрею позвонили и сообщили о произошедшем в Сморгони ночном происшествии с использованием незарегистрированного оружия. Он, естественно, был расстроен случаем, хотя его вины в этом не было никакой, но уже ехал на работу и переживал, что будут делать оргвыводы, о чем сказал жене.

С 10.00 до 11.00 был вызван уже с полученным оружием в кабинет к проверяющему для разбора выявленных недостатков, никого больше в данном кабинете не было. Со слов проверяющего, это был ординарный разговор представителя комиссии с сотрудником, не выходящий за рамки служебной деятельности, допустимый как в профессиональном плане, так и в эмоциональном. В 11.20 прозвучал роковой выстрел.

Сегодня, зная многое из изученных мною документов, считаю, что созданная система в МВД может переломать не одного порядочного молодого офицера.

Я не одобряю выбор своего сына, никакая работа, никакие отношения на службе не стоят того, чтобы лишать себя жизни, но также считаю, что ни одна звезда на погоне и вышестоящая должность не должны быть получены теми, для которых подчиненные — «никто». На первое место нужно ставить человека.

Хочу поблагодарить организации, средства массовой информации, всех людей, в том числе и незнакомых, кто откликнулся на эту нашу беду, поддержал нас морально и материально. Порядочных людей все-таки гораздо больше. Это должно нас заставлять жить и радоваться жизни».

И. Г. Хомутинник

Официально

Следственный комитет Беларуси завершил проверку по факту смерти 28 марта 2014 года сотрудника УВД Гродненского облисполкома во время проведения занятий по огневой подготовке, сообщил на прошлой неделе официальный представитель УСК по Гродненской области Сергей Шершеневич. Ход расследования находился на особом контроле руководства УСК РБ по Гродненской области. В процессе следствия опрашивали родственников, друзей, руководителей и сослуживцев сотрудника УВД, проводили множество экспертных исследований. Сделали вывод, что накануне смерти милиционер находился в состоянии сильной депрессии и эмоционального напряжения, что и привело к суициду. Уголовное дело не возбуждали, поскольку не было состава преступления.