Тестирование белорусских школьников: первыми в тестировании приняли участие 150 учащихся Солигорского района

Тестирование школьников на предрасположенность к наркотикам и алкоголю стало реальностью и уже опробовано в экспериментальном режиме в Солигорском районе. На очереди – учащиеся минских школ

В последнее время, когда речь заходит о проблеме употребления наркотиков подростками, первое, что приходит на ум — спайсы. В 2014 году после употребления этого синтетического средства в белорусские больницы попали  около тысячи человек, 32 –  умерли.

Вместе с тем появление синтетических наркотиков отнюдь не вытеснило остальные формы. И уж тем более никуда не исчезла проблема подростковой алкоголизации. Начинаясь «безобидно», с энергетических напитков и пива, процесс постепенно приводит к печальным последствиям. Как отметил главный нарколог Минздрава Иван Коноразов, от алкоголя происходит примерно в 30 раз больше смертей, чем от наркотиков.

Пока не поздно

Специалисты подчеркивают, что зачастую проблема различных зависимостей уходит корнями именно в подростковый период. И если вовремя принять соответствующие меры, то можно избежать проблем в будущем. Министерство образования при содействии Минздрава планирует ввести тестирование белорусских школьников, а также учащихся профтехучилищей и средне-специальных заведений на предрасположенность к употреблению наркотиков и алкоголя.

Первыми в тестировании приняли участие 150 учащихся Солигорского района – в конце января анкеты заполнили в Старобинской средней школе, профессионально-техническом колледже и средней школе №4.

О результатах пока не сообщается, эксперимент прошел на удивление тихо. Тем не менее, новшество вызывает неоднозначную реакцию – как у подростков, так и их родителей.

На самом деле о подобном тестировании в стране говорили уже несколько лет и на различных уровнях. Растущее среди подростков число наркоманов явно требовало не только карательных, но профилактических мер, чтобы заранее выявить группы риска.
читайте также

Врач: «Я не видел ни одного потребителя спайсов, который бы начинал именно с курительных смесей, все начинают с обычных сигарет»

Однако вопрос долго оставался открытым: заинтересованные ведомства не могли определиться, как грамотно организовать тестирование, чтобы не нарушить права ребенка. Родители и учителя, в свою очередь, боялись огласки результатов. Возможно, решающим доводом «за» стало взрывное распространение среди подростков «моды» на спайсы, а ведь эта синтетическая гадость способна убить с первого раза.  

В 2014 году руководство страны поставило задачу: ввести тестирование как элемент профилактики для школьников. Тогда же Минздрав разработал примерное положение о порядке его прохождения. Оговаривались и сроки – с начала 2015 года. Затем была озвучена новая дата: с 9 февраля. Однако дискуссия вокруг нововведения продолжалась. Единого мнения не было даже среди «родителей» тестирования. Так, недавно министр образования Михаил Журавков рассказал журналистам о том, что проверка школьников не должна быть «тотальной». По его мнению, она необходима, когда того захотят родители, сами или по рекомендации педагогов. Судя по последним сообщениям, массовое тестирование будет введено в начале следующего учебного года. Но уже в марте в экспериментальном режиме проведут психосоциальное анкетирование учащихся нескольких школ в Минске.

По словам чиновников, пилотное анкетирование позволит выявить проблемные моменты, которые можно будет устранить на этапе его массового внедрения.

Для этой работы в столице уже подготовили 63 педагога-психолога.

Технологию проведения «подсмотрели» у России. В соседнем государстве такие профилактические меры применяют уже три года, а полученные результаты оценивают как положительные.

Так как же будет организована сама процедура? Проводить тестирование — обязанность управлений образования совместно с управлениями здравоохранения. Задействовать в нем могут ребят 11–14 лет, но только с письменного согласия родителей или законных представителей. После указанного возраста решение принимает уже сам подросток. Одно время тесты хотели привязать к ежегодным медосмотрам перед началом учебного года, что было бы логично. Но, к сожалению, идея так и осталась на бумаге.

На первом этапе планируется социально-психологическое тестирование с использованием утвержденных Минздравом анкет. В каждой из них, как правило, по 10–15 вопросов.

«Вообще методики анкетирования существуют самые разные. Например, в скрининг-тесте CAGE-AID всего 4 вопроса, но на основании полученных ответов специалист может определить, употребляет подросток наркотики и алкоголь или нет, — рассказал заведующий сектором наркологии Республиканского научно-практического центра психического здоровья Владимир Максимчук. — Есть еще тест АУДИТ на 12 вопросов, скрининг-тест МОРС и др. Для сравнения: в России анкеты включают 122 пункта. Правда, столь серьезные опросники больше подходят уже для выделенной группы риска. Да и стандартного урока в классе будет маловато — нужны время и отдельный кабинет».

Анкетирование не обязательно должен проводить медработник.

Это может сделать социальный педагог, психолог, классный руководитель. В целях конфиденциальности ребятам запрещается свободно общаться между собой, помогать друг другу в подборе вариантов. Многие задаются вопросом: а если подросток захочет скрыть правду? Нарколог объясняет, что нельзя просто так дать анкету подросткам и быть уверенным, что они ее заполнят. Лучше организовать диалог: сначала поговорить со школьником на отвлеченные темы, а уж потом переходить к конкретным вопросам. В психологической практике такой метод называется «мотивационное интервьюирование».

Проанализировав анкеты, можно выявить группу риска – подростков, склонных к употреблению наркотиков или алкоголя. Нужно учитывать, что в развитии любого заболевания решающую роль играет предрасположенность. Одним из отягчающих факторов является наследственность.

Если оба родителя страдают алкоголизмом, то риск развития болезни у ребенка выше на 50%, если один — на 25%.

Это значит, что даже незначительные дозы употребляемого алкоголя могут привести к зависимости.

«Другим фактором можно назвать психологические особенности. У излишне активных и общительных людей болезнь наступает быстрее, — пояснил Владимир Петрович.— А скромные и стеснительные могут начать принимать наркотики или алкоголь для уверенности. Влияние оказывают и некоторые физические особенности: например, перенесенная черепно-мозговая травма с потерей сознания или другие мозговые болезни; биохимические факторы – к примеру, содержание определенных ферментов в крови».

Ребят из группы риска направляют к наркологам для более углубленного обследования и анализов, которые определят уровень «запрещенных» веществ в организме, изменение состояния внутренних органов.

А вот почему тот или иной подросток употребляет наркотики или алкоголь – под влиянием друзей, внутренних мотивов и т. д. – выясняют психотерапевт и психолог. В  предупреждении зависимости именно психологическая помощь стоит на первом месте.

Нужны беседы, убеждения, при этом психолог учит, как преодолевать жизненные неурядицы, а психотерапевт — внушает уверенность в себе и снимает напряжение.

К лекарствам же прибегают в самых крайних случаях, при выраженных признаках начала заболевания. Еще одна особенность работы с подростками состоит в том, что они, как правило, наблюдаются амбулаторно либо в дневных стационарах.

Важная часть профилактики — работа с родителями. Иногда они являются союзниками врачей и стараются помочь, но порой выступают, как им кажется, на стороне ребенка. Например, не разрешают его обследовать. Хотя известна масса случаев, когда родители последними узнают, что их чадо принимает наркотики или употребляет алкоголь.

Хотелось бы больше внимания и со стороны учителей. Ведь они долгое время наблюдают поведение своих учеников и могут первыми обнаружить изменения: скажем, кто-то вдруг быстро «съехал» по отметкам, а кто-то засыпает на уроках… К сожалению, большинство таких сигналов остается нераспознанными. В результате — упущено время.

Обычные болезни

В Беларуси на начало года под наблюдением наркологов находится около 16 тысяч несовершеннолетних, из них около 4 700 — в Минске. Это подростки, замеченные в употреблении алкоголя или наркотиков. И лишь у  65 диагностирована болезнь. Такие пациенты находятся на контроле у подросткового нарколога. Но в поле зрения медиков они попадают только при определенных обстоятельствах: родители привели, в школе выявили, милиция задержала. Сами подростки за помощью приходят крайне редко, хотя даже несколько бесед со специалистом обладают лечебным действием.

«В обществе сложился стереотип: от нарколога или психиатра надо держаться подальше, — говорит Владимир Максимчук. — Поэтому те, кому на самом деле необходима помощь, скрываются от врачей, боясь попасть на учет. Но ведь учет профилактический, т. е. ни в каких справках этот факт не указывается».

Сегодня наркомания или алкоголизм считаются обычными болезнями. И бояться нужно не выдуманных ярлыков, а запущенности процесса.

«У наркологов есть такое правило: если в течение года пациент не  употреблял наркотические  средств , его снимают с профилактического наблюдения. И чем раньше начинаешь с человеком работать, тем больше шансов на спасение. Хотя, естественно, гарантию 100% давать сложно. Все зависит от образа жизни пациента, его окружения».

Один из показателей  эффективности лечения — количество не сорвавшихся в течение года пациентов. 30% продержавшихся год — хороший показатель при алкоголизме, при наркомании — хотя бы 10 - 20%. Рецидивы тоже  имеют свои причины, которые важно знать и начинать повторное лечение именно с них. Каждый новый  рецидив  протекает сложнее, чем предыдущий. А человек при этом постепенно деградирует психически. Тем не менее, результаты белорусских наркологов обнадеживают: в 80% случаев пациенты от зависимостей все же избавляются, если обращаются за медицинской  помощью своевременно и на начальной стадии заболевания.

Ирина ЯНУШКЕВИЧ