Чтобы лечить дочь, бизнесмен занялся закладками наркотиков в Минске

17.04.2019
221
0
Чтобы лечить дочь, бизнесмен занялся закладками наркотиков в Минске

17 апреля в суде Центрального района начался процесс по делу Владислава Бриштеля, совладельца минского бара «Штирлиц». Полгода назад его задержали при попытке спрятать закладку с психотропом. В тот же день он успел спрятать 27 закладок, но до потребителей товар не дошел. Бриштель полностью признает вину и сам сообщил милиции, где прятал запрещенные вещества.

Влад Бриштель признался, что систематически употреблял наркотики с 12 лет — и вплоть до 2012 года, до своих 25 лет. В основном это была марихуана, иногда амфетамин. После 2012-го, говорит, курил марихуану реже, несколько раз в год.

— Тяжелые семейные обстоятельства вынудили совершить преступление, — заявил обвиняемый.

Он пояснил, что в 2013 году у него родился ребенок с серьезным заболеванием. Нужны были деньги на лечение и реабилитацию девочки: у нее первая группа инвалидности, поражено 70% головного мозга.

— Начались проблемы с баром. Мне пришлось пойти работать администратором к сестре в салон красоты. Это непросто: еще недавно ты был владельцем заведения, тебя показывали в сюжетах с президентом об упрощении условий для бизнеса — а потом ты записываешь девочек на ногти. Но я пошел. Я просил у друзей одолжить деньги, просил вернуть мне долги. Но никто не мог помочь. Продать мне тоже было нечего. Я пошел на это [преступление] не для того, чтобы питаться в ресторанах и одеваться побогаче. У меня возникла проблема. И я решил ее крайне неправильно.

В октябре 2018 года Бриштель решил приобрести марихуану на продажу. Вбил запрос в поисковике, вышел на «проверенного» дилера — с высоким рейтингом и положительными отзывами. В приложении телеграм, которое позволяет сохранять анонимность, договорился с продавцом о покупке особо опасного психотропа мефедрона, так как марихуаны в наличии не было. За часть биткоина (на сумму в эквиваленте 400 рублей) Бриштель, по его словам, купил около 100 г запрещенного вещества.

— Если вы сегодня посмотрите интернет, увидите массу предложений. Рынок огромный. Я был даже поражен, что купить и продать наркотики на территории Беларуси — не проблема. Но я здесь оказался не за поиск в интернете. Бдительность людей и органов помогли (установить распространение. — Прим. ред.). Это на самом деле хорошо. Я, кстати, предлагал оперативникам показать, как работает приложение, по которому я приобретал вещество, пока действовал временный пароль. Но мне сказали: «Сами разберемся». Это меня удивило. Я думал, это может помочь для раскрытия других преступлений.

Бриштель забрал «товар» 28 октября в лесу в районе Минского моря. И сразу же в машине стал расфасовывать вещество на более мелкие дозы. После этого поехал прятать закладки по городу: часть спрятал в Троицком предместье, часть — в частном секторе. В тот же день при попытке спрятать 28-ю закладку его задержали. Бриштель в момент задержания попытался выбросить сверток с психотропом.

— Милиционер подъехал на машине, сбил меня с ног. Я понимаю, это нормальное поведение при работе с преступниками. Милиционер кричал матом, угрожал применить оружие. Он был одет в гражданскую одежду. На минуту я подумал, что это оголтелый наркоман, который хочет на мне заработать. Я машинально бросил сверток на землю, — пояснил обвиняемый. — Оказалось, это был милиционер.

Бриштель подчеркивает, что после задержания сам рассказал правоохранителям, где находятся другие закладки. Говорит, что на него никто не давил.

— 27 закладок, — уточнил он. — Я предлагал еще назвать адреса, но оперативники, что меня удивило, сказали, что больше не надо. 3−5 закладок осталось в тайниках. Хочу подчеркнуть, что ни одна закладка так и не дошла до потребителя. И я старался прятать так, чтобы случайные люди, особенно дети, не могли обнаружить свертки. Прошу учесть, что я сотрудничал со следствием и назначить мне минимальное наказание. За полгода в СИЗО я понял, почему у нас в стране сроки такие [за распространение наркотиков], почему так строго с этим. Я понимал, что делал. Но не нашел тогда другого выхода.

Владиславу Бриштелю предъявлено обвинение в незаконном обороте особо опасного психотропа в крупном размере (ч.3 ст. 328 УК), санкция статьи предусматривает наказание от 8 до 15 лет лишения свободы. Бриштель ранее был судим за хулиганство.

Адар'я Гуштын / Фото: Вадим Замировский / TUT.BY

Источник информации https://news.tut.by/society/634190.html
Гость, Вы можете оставить свой комментарий:

Чтобы оставить комментарий, необходимо войти на сайт:

Вход/регистрация на сайте через соц. сети:

‡агрузка...

Многодетная мать получила срок за наркотики после смерти онкобольного мужа в Могилевской области

В 2016 году в семье Елены произошло горе – из-за рака умер муж. Женщина решила не отдавать "Трамадол", в котором содержатся психотропные вещества. По ее словам, оставила себе, чтобы снимать боль в ногах. Вот что из этого получилось.

210 таблеток и 60 ампул

В 2012 году Елена три месяца работала в стародорожской больнице санитаркой. Она должна была мыть оборудование, пробирки и вообще все, что используется для анализа крови. С "Трамадолом" никогда не работала, но слышала об этом лекарстве и о правилах его использования. Тогда же она познакомилась со своим будущим мужем Николаем.

В 2013 году Елена переехала с супругом в Горки. А летом 2016 года Николаю поставили страшный диагноз – рак четвертой стадии. С первых дней после постановки диагноза семья начала получать "Трамадол" и в таблетках, и в ампулах. Сначала за рецептами ходил Николай, а потом – уже сама Елена. Она видела, как после применения мужу становилось гораздо лучше, а состояние было похоже на алкогольное опьянение.

Осенью в том же году женщина прошла инструктаж от онколога, как нужно обращаться с лекарствами. Например, что после смерти пациента нужно обязательно сдать все неиспользованные препараты в больницу.

В конце года Николай умер. И Елена выбросила препарат "Журниста", который, по ее словам, мужу не помогал. А вот "Трамадол" решила оставить себе. Один раз предлагала обезболивающую таблетку сестре мужа, но та разозлилась и отказалась.

В 2017 году Елена уехала к родителям в Глуск и препарат взяла с собой. Решила его использовать для личного употребления как обезболивающее и не рассказывала родителям про "Трамадол".

В марте 2018 году она вернулась в Горки и привезла лекарство с собой. В конце месяца сделала себе внутримышечно укол "Трамадола". Как только вернулась, начала жить с гражданским мужем Борисом. Ему про лекарство не рассказывала.

В апреле к ней пришли сотрудники милиции и сказали, что нужно осмотреть квартиру. В результате обыска нашли 60 полных ампул и 210 таблеток психотропного. Еще нашли лекарство "Дексаметазон", часть которого женщина уже употребила.

Все лекарства были изъяты. Также обнаружены использованные шприцы и пустая ампула в мусорном ведре.

Немного подробностей

Дети Елены были признаны находящимися в социально опасном положении. Из-за этого семью проверяли часто. Однажды такая проверка опять прошла в квартире Елены. Дома оказался только Борис. При обыске майор милиции обнаружила среди прочих лекарств "Трамадол" и стала подозревать, что Елена употребляет запрещенные препараты. Довольно быстро в квартире обвиняемой нашли и изъяли запрещенные таблетки и ампулы.

Сестра покойного Николая рассказала, что брат на свою жену Елену не жаловался и говорил, что принимает таблетки только он, ему же вводили лекарство внутримышечно. Женщина пояснила, что только один раз помогала своему родственнику сделать укол и больше не видела, как он употребляет нужный препарат.

После смерти брата в квартире она увидела буквально пару таблеток и не знала, что дома находилось так много "Трамадола" и других лекарств. Она спрашивала у Елены, осталось ли что-то еще из лекарств, на что та ответила, что есть только "Журниста". Таблетки они выкинули вместе, а упаковку сожгли.

Только в 2018 году Елена ей предложила от боли в животе таблетку брата. Та отказалась и сказала, что такие препараты хранить нельзя. Потом попыталась узнать подробнее о лекарствах, которые хранила после смерти мужа подозреваемая, но та ничего не ответила.

Каково же наказание?

Елена на судебном заседании вину в совершенном преступлении не признала. Говорила, что не была знакома с правилами использования лекарственных препаратов, что врачи их ей не разъяснили.

Государственный обвинитель опроверг эти доводы обвиняемой. В качестве доказательств вины Елены он привел показания допрошенных в суде врачей УЗ "Горецкая ЦРБ". Они рассказали, когда и каким образом Елене разъяснялся порядок обращения с препаратами, содержащими в своем составе опасное психотропное вещество трамадол, разрешенное к контролируемому обороту. Обвинитель также проанализировал медицинские документы с подписями Елены, подтверждающие, что  врачи разъясняли ей порядок обращения с такими препаратами.

По месту жительства женщина характеризовалась отрицательно, часто выпивала. Из-за этого ее дети считались находящимися в социально опасном положении. Незадолго до вынесения приговора комиссия по делам несовершеннолетних Глусского райисполкома постановила троих несовершеннолетних детей Елены признать нуждающимися в государственной защите. Детей у женщины забрали. Обвиняемая обязана возмещать расходы, затраченные государством на содержание детей.

Согласно медицинскому заключению, Елена страдает хроническим алкоголизмом и нуждается в принудительном лечении, противопоказаний к которому не выявлено.

С учетом обстоятельств совершенного преступления (изъято не менее 210 таблеток и не менее 60 ампул с раствором для инъекций, содержащих в своем составе опасное психотропное вещество трамадол) и характеристики личности Елены, государственный обвинитель предложил суду на основании ч.1 ст.328 УК Республики Беларусь назначить ей наказание в виде трех лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии в условиях общего режима.

В соответствии с ч.1 ст.107 УК Республики Беларусь применить в отношении нее принудительное лечение от хронического алкоголизма. Взыскать с обвиняемой 503,63 рубля, в счет возмещения издержек, связанных с проведением судебных экспертиз. Изменить меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

Суд согласился с государственным обвинителем о доказанности вины Елены по всему объему предъявленного обвинения. Однако назначил ей более мягкое наказание – два года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии в условиях общего режима. К женщине применено принудительное лечение от хронического алкоголизма и взысканы названные судебные издержки.

Елена подала апелляционную жалобу на приговор. Судебной коллегией по уголовным делам она оставлена без удовлетворения, а назначенное наказание – без изменения.

Александр Дмитриев, старший помощник прокурора Горецкого района, юрист 1 класса
Валерия Пригарина



‡агрузка...

Доктора в социальных сетях