Молодой детский хирург, работающий по распределению в Минске: У знакомого грузчика зарплата выше, чем у меня. На отпуск одалживаю, хотя у меня две работы

29.01.2015
45
0

Продолжаем совместный проект с Белорусским государственным медицинским университетом и комитетом по здравоохранению Мингорисполкома. Герои публикаций – молодые врачи с собственным мнением о том, что происходит в медицине сегодня.

ВИЗИТНАЯ КАРТОЧКА

  • Артем Куткович.
  • Возраст: 26 лет.
  • Образование: Белорусский государственный медицинский университет. Год окончания – 2012-й, педиатрический факультет. Прошел интернатуру по специальности «детская хирургия». В 17-й городской детской клинической поликлинике работает второй год по распределению.
  • Должность: врач-хирург.

О мечте и реальности

У меня была мечта – стать врачом. Стал. Но радужное юношеское представление о будущей профессии немного не совпало с реальностью. В амбулаторно-поликлиническом звене колоссальные нагрузки, бесконечный поток пациентов. Работаю один, посменно, замениться не с кем. И так каждый день. Ко мне запись на прием – на два месяца вперед. Но это не значит, что те, кто пришел по живой очереди, останутся без медицинской помощи. Поэтому почти всегда принимаю посетителей сверх нормы. Вторая моя работа – дежурства в приемном отделении РНПЦ неврологии и нейрохирургии, тоже детским хирургом. С одной стороны, дополнительный заработок, с другой – приобретаю бесценный практический опыт.

Задача дежурного хирурга в приемном отделении – распознать у больного хирургическую патологию и оказать ему первую помощь (самое простое – зашить рану). При серьезной хирургической патологии согласовываю перевод ребенка в детский хирургический центр 1-й городской клинической больницы Минска. Еще в РНПЦ иногда ассистирую на операциях.

В суммарном отношении за столь ответственный и нелегкий труд получаю небольшие деньги. Работая в другой сфере, можно прикладывать меньше усилий и больше зарабатывать, не имея при этом не то что высшего, но и среднего специального образования.

У знакомого грузчика зарплата выше, чем у меня.Можно думать о высоком, но существуют материальные потребности, пусть и скромные. В этом году, чтобы съездить на отдых, далеко не самый крутой, пришлось одалживать. Невзирая на то, что у меня две работы. Не сказать, что шикую в обыденной жизни. На многом экономить приходится. А ведь я пока не женат…

О стремлении

Путь в медицину нелегкий: поступить в медуниверситет на бюджет и без целевого направления – задачка не из простых, в вузе во все времена очень высокие проходные баллы. Я учился в престижной школе № 51 (ныне гимназия № 29), в химико-биологическом классе. О нашей школе всегда говорили, что дает хорошую базовую подготовку. Но мед есть мед, поэтому родители наняли мне репетиторов.

Одно дело – поступить, другое – учиться. Студент-медик зубрит сутками напролет, тут не пофилонишь. Кто-то перегорает и бросает универ – наверное, выбор не был осознанным. Кто-то уходит из медицины, отработав по распределению положенный срок, а кто-то и после первой зарплаты…

Некоторые из моих однокурсников разочаровались – ушли из профессии. Периодически они звонят, интересуются: как я там, еще не передумал? Но я останусь, не вижу себя в другой профессии.

Даже если отмотать годы назад, все равно пошел бы в мед – медицина мне нравится.

О карьере и семье

Хирург должен оперировать. В поликлинике (в глобальном смысле) такой возможности нет. По большому счету, хирургия здесь сводится к выполнению мелких операций – вскрытию гнойников, удалению заноз, камушков, вросших ногтей, родинок (после заключения онколога, что они не относятся к злокачественным новообразованиям). А так в основном банальные профосмотры.

В первый год работы во всё это сложно вливаться, на второй год становится попроще. Уже что-то знаешь, что-то можешь, в диагностике больше разбираешься. В то же время понимаешь – надо двигаться дальше. Поэтому планирую поступить в Белорусскую медицинскую академию последипломного образования (БелМАПО) в ординатуру по хирургии, необязательно детской. Для меня это возможность получить клинический опыт, например, по общей хирургии.

Не факт, что по окончании ординатуры попадешь в стационар (в больницу или РНПЦ), но определенный опыт работы получишь. Кстати, учеба в ординатуре – это два года на очном или три года на заочном.

Сама по себе научная деятельность меня не очень привлекает, практика интереснее.

Честно говоря, просто хочу быть на своем месте – качественно делать свою работу. Мне важно состояться как специалисту. Заведование отделением, клиникой, где необходимо командовать, организовывать, – это не по мне. Но и не люблю, когда на меня давят, ценю взаимоуважение и взаимопонимание.

Если выбирать между карьерой и семьей, то лично для меня очень важен тыл, крепкий брак. Работа работой, сейчас ты звезда, а потом уйдешь на пенсию и про тебя забудут. Семья – это на всю жизнь.

О юморе и цинизме

Мое главное правило – не хамить. Ни при каких обстоятельствах. Порой с родителями тяжелее, чем с детьми. Когда вижу, что мама ребенка на взводе, без лишних слов и суеты стараюсь перевести ее в спокойное русло.

Говорят, врачи – циники. Неправда все это. Вот без юмора в нашей работе действительно никуда. Если уместно, пошучу. Только этот номер проходит с детьми постарше. С малышами, плачущими навзрыд, шутки-прибаутки, уговоры не помогут. В таких ситуациях главное быстро осмотреть кроху, провести все необходимые манипуляции.

В это время могут другие родители в кабинет заглянуть: «Как вы тут работаете? Крик, ор!» А что делать? Стараюсь абстрагироваться и как можно быстрее помочь малышу.

Если без местной анестезии не обойтись – выполняю. Уже потом, когда ребенок успокоится, даю маме рекомендации по дальнейшему лечению. Если понимаю, что у пациента серьезная проблема со здоровьем, лучше перестрахуюсь – направлю его в стационар.

Прошлый год особенно запомнился – несколько месяцев работал без медсестры. Все делал за двоих. Сейчас рядом со мной прекрасный специалист – медицинская сестра Анна Игоревна Борисевич, она, как и я, любит хирургию.

О престиже профессии

Прямо на приеме от некоторых родителей поступают «заманчивые» предложения: «У вас мизерная зарплата, приходите к нам! Подработаете…» Какой-то ерундой советуют торговать, нисколько не смущаясь при этом. Им не стыдно, а мне обидно.

В любой другой цивилизованной стране разве подобное возможно?

Я владею английским и немецким, что крайне необходимо в нашей профессии. Без знания иностранных языков не сможешь в оригинале читать специальную литературу, публикации в иностранных журналах, узнавать о новинках и передовом опыте зарубежных коллег, участвовать в международных конференциях, симпозиумах, конгрессах.

Кстати, белорусских специалистов ценят за рубежом, особенно в России. Возраст не имеет принципиального значения. Как говорил, в медицине останусь, но по какой стезе пойду, загадывать не стану. Возможно, устроюсь в стационар или уеду за границу.

В Беларуси престиж профессии врача падает. Много негатива со стороны пациентов, бесконечно ругающих бесплатное здравоохранение.

На периферии больше считаются с врачами. Зарубежные пациенты относятся к докторам вполне уважительно. По отзывам знакомых, коллег, которые учатся или стажируются за границей, там лучше быть врачом, чем пациентом. Многие наши люди просто этого не ценят.

Источник информации http://minsknews.by/blog/2014/11/26/zdravstvuyte-doktor-pochemu-vrachi-uhodyat-iz-professii/
Гость, Вы можете оставить свой комментарий:

Чтобы оставить комментарий, необходимо войти на сайт:

‡агрузка...

Главврач Солигорской райбольницы просит скинуться на оборудование, скорые и ремонт

В медучреждениях Светлогорска 5 аппаратов УЗИ, у всех — стопроцентный износ. А в районной станции скорой помощи некоторые автомобили выработали свой ресурс на 200 и более процентов, рассказал на днях главврач Светлогорской ЦРБ Игорь Тавтын — и попросил финансовой помощи у неравнодушных на обновление материально-технической базы больницы. Светлогорск — достаточно крупный районный центр. Сегодня здесь проживает около 67,5 тысячи человек. Сообщение о том, что в городе все настолько плохо с медицинским оснащением, шокировало страну. А только ли там такая плачевная ситуация? Мы встретились с отважившимся на откровения доктором и узнали, как живется районной больнице в условиях постоянного дефицита.

«Окажите посильную помощь». Главврач райбольницы просит людей скинуться на оборудование, скорые и ремонт

В среду главврач ведет TUT.BY на экскурсию по ЦРБ под пристальным контролем представителей райисполкома — похоже, после его откровенного рассказа о проблемах местного здравоохранения региональная вертикаль взбудоражена.

Демонстрируют нам, безусловно, лучшее — вот, к примеру, недавно отремонтированный пятиэтажный хирургический корпус. А вот — современный рентгеновский компьютерный 64-срезовый томограф, кстати, самый мощный на сегодняшний день во всей области.

Заходим в терапевтический корпус — и здесь обстановка уже скромнее: коридоры и палаты давно требуют обновлений. Главврач объясняет: ремонт делают не за бюджетные средства, а хозспособом — за собственноручно заработанное, а его ни на что не хватает. Приводит цифры, которые знает наизусть:

— На косметический ремонт одной палаты тратим примерно 600−800 рублей. А таких палат только на этом этаже 20. Всего же этажей 5 (один уже полностью отремонтирован). Вот и умножайте.

Умножаем — и получается, что Тавтыну на обновление палат нужно еще 64 тысячи рублей. Вместе с тем, за четыре месяца этого года ЦРБ заработала на оказании платных услуг 456 тысяч.

— Так должно хватить, — прикидываем мы.

— Хватило бы, если бы это были наши деньги! Отнимите от этой суммы зарплату медперсоналу, коммунальные платежи, оплату за воду, электричество, траты на покупку дезсредств и многое-многое другое. На другие нужды больницы останется почти ничего. Вот пациент приходит на КТ, платит 50 рублей за услугу — и думает, что все эти деньги больнице остаются. На деле же мы получаем 15, максимум — 20% от заработанного. Это — капля в море, говорить о каких-то больших заработках не приходится.

Поэтому вся надежда у больницы — на выделение бюджетных средств. В прошлом году из областного и местного бюджетов, а также за счет спонсорской помощи местных предприятий больнице дали деньги на приобретение 13 аппаратов ЭКГ, аппарата ИВЛ, двух мониторов для реанимации, дефибрилляторов и др.

Из пока несбыточного — новые аппараты УЗИ. У имеющихся — износ 100%.

— С одной стороны, такой износ не означает, что на них нельзя работать. С другой — их эксплуатация становится очень затратной. Когда аппарату больше 10 лет, запчасти изнашиваются, их приходится менять, а это недешевое удовольствие. К примеру, замена только одного датчика для аппарата УЗИ сердца стоит 12 тысяч рублей, при этом весь новый аппарат обойдется в 50−60 тысяч. Легче, конечно, купить новый, но пока таких денег у больницы нет.

А еще здесь нужна новая лапароскопическая стойка стоимостью 250 тыс. рублей.

Примерно такая же ситуация и с автопарком станции скорой помощи. Местные ГАЗели и УАЗы вместо положенных 5 лет эксплуатируются 10 и больше.

— Из 14 автомобилей у нас только один в возрасте до пяти лет — это почти новая ГАЗель, которую нам выделили в прошлом году. Самый же старый — 15-летний ГАЗ «Соболь». Надо, во-первых, понимать, что это автомобили с большим пробегом, да и, если честно, марки эти ломучие — бывает, еще новые, а уже приходится лезть под капот, — делится наболевшим заведующий станцией скорой медицинской помощи Светлогорской ЦРБ Алексей Овчинников.

Впрочем, в этом году из областного бюджета Светлогорской ЦРБ выделили 150 тыс. рублей на закупку нового и такого необходимого для района реанимобиля.

Источник из медицинских кругов, пожелавший остаться неизвестным, уверяет, что такая ситуация с оснащением, как в Светлогорске, сегодня в любом районном центре, за исключением разве что районов, пострадавших от ЧАЭС, которым деньги выделяют по чернобыльской программе. И еще пару лет назад дела у Светлогорской ЦРБ обстояли намного лучше — кстати, как ни парадоксально, но благодаря вредному местному заводу ЦКК.

— Раньше, когда строили завод китайцы — а их тут было очень много, — мы неплохо себя чувствовали: как иностранцы они проходили обследования и лечились на платной основе и здорово поднимали нам экспорт услуг. Но теперь они уехали — упали и наши доходы.

С тех пор, говорит источник, выход один — терпеливо ждать помощи сверху.

Еще можно надеяться на помощь меценатов и неравнодушных. С 2014 года в Светлогорской ЦРБ открыт благотворительный счет — но с момента его появления на него не поступило ни рубля.

Счет для оказания финансовой помощи Светлогорской ЦРБ: ВУ80 АКВВ 3642 4290 0190 6320 0000 (АСБ «Беларусбанк»).

Главврач поясняет: журналисты местной газеты ошиблись, призвав помочь больнице горожан и других неравнодушных людей — это счет только для юрлиц. «Физики», увы, легально поддержать рублем белорусское здравоохранение по закону не могут.

«Минздрав должен думать об этом, государство и местные власти»

Мы спросили жителей Светлогорска, готовы ли они скинуться на необходимое оборудование для своей больницы.

Екатерина:

— У нас на заводе мы скидываемся часто: то на Красный Крест, то на какой-нибудь памятник — и на больницу бы скинулись. Но считаю, что вообще мы делать этого не должны — ведь платим налоги.

Иван:

— Я бы не дал денег. Министерство здравоохранения должно думать об этом, государство и местные власти, а не Европейские игры проводить и туалеты за миллионы строить.

Мария:

— Я бы денег дала, но, знаете, мой муж хорошо зарабатывает и налоги, соответственно, тоже большие платит, думаю, что только за его отчисления можно уже было хотя бы линолеум в нашей инфекционке заменить.

Евгения:

— Если бы бросили такой клич, конечно бы, помогла. Ну вот смотрите: сколько в Светлогорске жителей? 60 тысяч? Если бы хотя бы по рублю каждый дал, смотришь, в больнице бы новый аппарат УЗИ и появился, для нас же все это в итоге.



‡агрузка...