«Хочется хотя бы однушку купить» — корреспондент обзвонил белорусских суррогатных матерей по объявлениям

22.01.2015
13
0

Некоторые из потенциальных «сурмамочек», как их называют в интернете, согласились рассказать, зачем им все это нужно.

На сайтах и в сообществах, посвященных суррогатному материнству, хватает объявлений от белорусок, которые готовы помочь бездетной паре завести долгожданного ребенка. Отличаются они только размерами оплаты и условиями, которые ставят девушки: кто-то хочет, чтобы ей купили четырехкомнатную квартиру в Витебске, а кому-то достаточно и 10-15 тысяч долларов.

Регина, 21 лет, Минск. Замужем, имеет маленького ребенка.

«Мы с мужем решили, что если есть такие люди, которые не могут завести ребенка, то почему не помочь им, и не поправить свое материальное положение? Муж не против. Я готова. Мы читали в интернете много по этой теме.

Заработать я планирую по минимуму. Мы смотрели в интернете, там цена обычно начинается от 15 тысяч долларов. Меня бы такая сумма удовлетворила. Даже, если бы у биологических родителей было бы меньше, например, 10 тысяч, то я бы все равно согласилась бы им помочь.

Если получится, деньги пойдут не на что-то конкретное, а так, немножко сюда, немножко туда. Сейчас ремонт делаем, плюс свой маленький ребенок — на него деньги всегда нужны. Ни на квартиру, ни на машину мы не собираем. Нам с мужем, в принципе, хватает того, что мы зарабатываем. Хочется помочь людям. Ну а если это оплачивается, то почему нет?

Хочется, конечно, чтобы биологические родители были из Беларуси, а не россияне или европейцы. Я считаю, что здесь за этим всем лучше следят. Ведь не хочется, чтобы ребенок попал в плохие руки.

Если я все же стану суррогатной матерью, то об этом будем знать только мы с мужем. Говорить никому не собираемся. Если что — скажем, что на какое-то время едем в гости, или отдохнуть. Вариантов много. Тем более, когда я была беременна моим ребенком, то живот был небольшой, даже на работе до 8 месяца ничего не знали. Короче, что-то придумаем. Но, если и кто-то узнает, то это не страшно. Мы уже не маленькие, сами можем решать.

С мамой я обсуждала этот вопрос. Не говорила конкретно, что я собираюсь, а выясняла ее отношение в целом. Так она и не очень поддерживает такое материнство, с одной стороны, а с другой — взрослые люди сами могут решать, как им жить.

Я знаю, что церковь не поддерживает суррогатное материнство. Но я не считаю, что это грех. Я верующая, но не настолько. Я же не выбрасываю ребенка в мусорку, а отдаю людям, которые давно его хотят и ждут».

Ольга (имя изменено), 19 лет, Гродно. Замужем, имеет маленького ребенка.

«Я живу с мужем, отдельно от родителей. Муж все знает, конечно. Решали вместе. Хотим и помочь людям и заработать немножко. В отношении суммы — пока не думали, как и о том, на что деньги пойдут. Посмотрим. У меня же маленький ребёнок, его же тоже надо растить. А я не работаю нигде, я не учусь, ухаживаю за ребенком.

Родителям своим о своем намерении я сказала. Они, в принципе, не против».

Вика, 22 года, Витебск. Не замужем, детей нет.

«Я живу с родителями. О своем намерении стать суррогатной матерью я им не говорила, и не буду. Если что — они не узнают. Уеду на некоторое время, найду район, где они не бывают, или перееду в другой город. Потом матери может и скажу. Но отцу — точно нет. С друзьями я бы тоже некоторое время не виделась. Не сказала им ничего. С работы бы уволилась.

О суррогатном материнстве я читала. Послеродовой депрессии и материнского своего инстинкта не боюсь. Мне кажется, что справлюсь.

Сколько заработаю — не знаю. Но за 5 тысяч долларов я бы не согласилась. Чем больше, тем лучше. Деньги нужны на квартиру. Хочется хотя бы однушку купить».

Наталья (имя изменено), 28 лет, Несвиж. Замужем, есть ребенок.

«Конечно, мы обсуждали такой шаг с мужем. Он был согласен, поддерживал меня. Раньше мы жили с родителями, хотелось иметь собственное жилье. Деньги должны были пойти на дом.

Мы даже вели переговоры с белорусской парой. Озвучивались суммы в 8-10 тысяч долларов. При этом, мы могли бы взять и меньше, если бы были уверены, что биологическая семья — нормальные, хорошие люди. Но выяснилось, что суррогатной матерью я быть уже не могу, потому что мне делали кесарево. Я также была донором яйцеклетки, ездила в московскую клинику. Так там предлагали очень большие деньги, и можно было бы забеременеть, несмотря на то кесарево, но это большой риск для моего здоровья. И я отказалась.

Привыкнуть к ребенку я не боялась. Я сразу настраивала себя, что он будет не мой.

Друзьям и родственникам планировала рассказать. Я не считаю, что суррогатное материнство — это преступление. Мои родители сначала были категорически против, даже когда я шла на донорство яйцеклетки. Но я сделала так, как считала правильным.

Я в Бога верю. Знаю, что церковь не очень поддерживает суррогатное материнство, но почему? Почему, например, мне таким образом не помочь людям? Церковь же должна быть за семью».

Владислав Шведович

Источник информации http://nn.by/?c=ar&i=142772&lang=ru
Гость, Вы можете оставить свой комментарий:

Чтобы оставить комментарий, необходимо войти на сайт:

Вход/регистрация на сайте через соц. сети:



Доктора в социальных сетях

‡агрузка...