Коллегия Минздрава 29 января: зарплата некоторых медиков в Беларуси будет повышена

29.01.2014
22
0

Всю медицинскую помощь сверх социальных гарантий должен оплачивать сам пациент. На коллегии министерства, которая 29 января собрала всех руководителей отрасли здравоохранения Беларуси, министр Василий Жарко прошелся по всем проблемным вопросам. Сообщил, что нужно поднимать зарплату медикам и оптимизировать работу.

Жарко напомнил, что в 2013 году в поликлиниках внедрили должность помощника врача, который принимает пожилых, людей с хроническими заболеваниями, инвалидов. Сегодня по стране работает 1061 помощник врача. Время приема участковых врачей в поликлиниках увеличили до 5-6 часов.

"Тем не менее очереди в поликлиниках остались", - говорит министр. По его словам, сегодня есть необоснованные обследования, излишние посещения. "Нагрузка на врача остается колоссальной, - говорит министр. - Сегодня практически каждому обратившемуся проводится УЗИ-диагностика. А это деньги". А результативность осмотров не увеличилась.

В стране есть план объемов оказания медицинской помощи, которую население получает бесплатно. Но руководители относятся к территориальным программам формально, считает министр. Как результат: в одной из центральных поликлиник Минска 11 человек за год посетили поликлинику 200 раз.

В поликлиниках нужно планировать лишь тот объем помощи, уверен Жарко, который положен бесплатно. Все что сверх - за деньги.

Кроме того, по словам министра, в Беларуси слишком много случаев госпитализации: часто в стационары попадают не только строго по показаниям. Василий Жарко отмечает, что нужно пересмотреть количество мест в больницах, особенно в центральных районных.

В населенных пунктах с населением до 20 тысяч человек в больницах должны быть только места по профилям: терапия, хирургия, педиатрия, кардиология, реанимация и сестринские койки.

При узких проблемах, операции по которым выполняются планово и в небольшом объеме, нужно, чтобы пациенты получали помощь в межрайонном центре. Для человека это значит, что на ортопедическую операцию, возможно, придется ехать в соседний районный центр. Зато сэкономленные на этом деньги пойдут на зарплату медикам, говорит Жарко.

Не обошел в своем выступлении министр и острый на сегодняшний день вопрос оказания скорой медицинской помощи.

Сегодня скорая укомплектована специалистами только на 66,5%, что сказывается на нагрузке персонала, говорит министр.

Проблема в том, считает Жарко, что люди очень часто необоснованно вызывают скорую помощь. 56-80% вызовов – это простое повышение температуры, давления, боли в груди, животе. Больше всего скорую вызывают пенсионеры, хронические больные. Почти 80% вызовов приходится на гипертоников, говорит Василий Жарко, что свидетельствует в том числе и о плохой работе поликлиники. Министр напомнил, что люди сегодня могут позвонить на скорую и получить консультацию по телефону, а не вызывать бригаду.Круглосуточная консультация врача УЗ "Городская станция скорой медицинской помощи" - (017) 294-23-71

Уже разработаны и внедряются правила вызова скорой медицинской помощи, заявил министр. Постепенно в поликлиниках организовывают свои бригады, которые во время работы поликлиники выезжают на более простые (неотложные) вызовы, делают инъекции по назначению врача, например, онкологическим больным.

Василий Жарко никак не прокомментировал сборы протестных подписей медиками минской, брестской, гродненской, новогрудской станций скорой медицинской помощи, но заметил, что с коллективами станций скорой медицинской помощи проводится недостаточная работа.

"Нужно донести до коллектива действующие документы, - говорит министр. - И организовать работу в строгом соответствии с ними".

Министр напомнил, что руководители скорой в сезон гриппа могут освободить подчиненных на три дня от работы без оформления листка нетрудоспособности.

Напомним, главное недовольство работников скорой – зарплаты. Но министр не говорил о зарплатах лишь на скорой.

Уровень зарплаты медицинских работников отстает от уровня зарплаты в промышленности, напомнил Жарко. При этом, по его словам, на оплату труда работников идет 60-70% всех расходов отрасли.

Средняя зарплата работника здравоохранения за 2013 год – 3,847 млн рублей. У врача, с учетом работы на 1,4 ставки, – 6,167 млн, у специалиста со средним медицинским образованием (медсестры, фельдшера) – 3,69 млн рублей.

Медики уезжают, особенно в приграничные с Беларусью области России, заметил министр.

"Что мы можем сделать для повышения зарплаты медицинских работников?" – задается вопросом Жарко. В первую очередь, считает он, этим должна заняться местная власть. Она может направлять дополнительные средства бюджета на повышение зарплат медиков. К примеру, Минский горисполком в 2014 году выделил на зарплаты медикам 332 миллиарда рублей, говорит Василий Жарко. "Считаю необходимым активизировать данную работу в каждом регионе, - говорит министр. - И изыскивать средства из местных бюджетов".

По словам Жарко, сейчас прорабатываются вопросы о направлении сэкономленных организациями здравоохранения средств на повышение заработной платы медработникам.

Министр считает, что стоит рассмотреть увеличение срока отработки на первом месте для медиков.

Уже с апреля 2014 года на 40% увеличится зарплата участковых врачей и медперсонала скорой медпомощи, сообщил заместитель премьер-министра Анатолий Тозик на коллегии Минздрава 29 января. Шаги по повышению заработной платы медикам будут предприниматься и в 2015 году, пообещал вице-премьер. В ближайшие годы нужно решить главную проблему в отрасли - проблему заработной платы медперсонала, отметил вице-премьер. В последние годы, сообщил он, нарушилось соотношение зарплат в медицинской отрасли и зарплат в целом по стране: "И это соотношение не в пользу медиков". Анатолий Тозик полагает, что проблемы нужно решить в течение двух лет, "иначе есть угроза деградации отрасли". Вице-премьер считает возможным увеличение заработной платы медикам за счет совместительства.

Вопрос о софинансировании пациентом оказываемой ему бесплатной помощи поднял на заседании коллегии Минздрава заместитель премьер-министра Анатолий Тозик. Он обратил внимание на иждивенческие настроения: "Люди не понимают реальной стоимости медицинских услуг".

Вице-премьер сообщил, что нужно в течение полугода пересмотреть основания для вызова врачей, посещения поликлиник, вызова скорой медпомощи. "Необходимо провести глубокую системную оптимизацию", - заявил Тозик и поднял вопрос о "софинансировании людьми оказываемой им бесплатной медпомощи".

"У нас при численности населения около 10 млн человек материальные блага производят 2,5 млн человек, они должны содержать 7,5 млн остального населения. Это порождает иждивенческие настроения и убежденность в том, что за своим здоровьем человек должен следить не сам, а государство, медики", - говорит вице-премьер.

Напомним, в декабре Александр Лукашенко поручил в 2014 году провести оптимизацию в сферах здравоохранения и образования.

"Мы, конечно, для детей жалеть ничего не будем, но излишеств быть не должно. Государство не может на себя брать излишнюю нагрузку, - сказал президент. - Если нужно кого-то реабилитировать, восстановить после болезни, лечить, это надо делать. Но излишнего ни в здравоохранении, ни в образовании быть не должно", - заявил он посещая городской детский центр медицинской реабилитации "Пралеска" в агрогородке Раков.

Любопытно, что именно Анатолий Тозик еще в начале 2012 года предложил ввести плату за посещение поликлиник.

Жарко Василий Иванович
Жарко Василий Иванович
1 21
Гость, Вы можете оставить свой комментарий:

Чтобы оставить комментарий, необходимо войти на сайт:

‡агрузка...

Монолог молодого врача из райцентра Беларуси

Уж если говорить о врачах, то традиционно принято считать героями реаниматологов и хирургов. У них вроде как нимб над головой, а у всех остальных так, скучная работенка. Нисколько не умаляя заслуг реаниматологов и хирургов, в очередном выпуске цикла «Тихие герои» мы решили поговорить с человеком, который день за днем и ночь за ночью дежурит в приемном отделении Борисовской больницы №2. Да, работенка действительно в чем-то скучная и монотонная: провинциальный город, одни и те же люди, инфаркты и пневмонии. На ногах двенадцать часов подряд, а в итоге — 20 рублей за смену. А 29-летняя Татьяна Сушко продолжает скромно спасать жизни — и не жалуется. Сегодняшняя история — о том, как остаться в профессии, когда розовые студенческие иллюзии давно исчезли и нужно самому придумать себе мотивацию.

«Студенты поступают в медицинский, потому что у них мечты: „Хочу спасать мир“»

Татьяна родилась в Борисове и, блестяще зная химию, после школы выбирала, куда пойти: в педагогический, медицинский или «техноложку». Врачей в ее семье нет, так что это будет история не про династию авторитетных медиков.

— Педагогический я сразу отвергла, потому что у меня перед глазами был пример того, что труд учителя очень тяжелый. А знакомых медиков у меня не было, поэтому сравнить было не с чем. Так я и пошла в медицинский. Выбирала между Витебском и Гомелем. Минск для меня слишком большой, шумный, суетливый. В итоге поехала учиться в Гомель, потому что там теплее (смеется. — Прим. Onliner).

Студенческие годы — самые счастливые! Ну это я сейчас так думаю (улыбается. — Прим. Onliner). Скажи мне кто такое на втором или третьем курсе, я бы точно не поверила. Помню, за летнюю сессию третьего курса потеряла четыре килограмма. Мы, студенты меда, ходили такие бледные, измученные, а вокруг — счастливые загоревшие люди…

Сейчас я думаю, что шесть лет учебы (общая программа и субординатура) — это мало. Нужно хотя бы семь, чтобы получить больше практических навыков. Обычно студенты поступают в медицинский, потому что у них идеалистические, наивные мечты: «Хочу спасать мир» или «Вот буду вся такая красивая ходить на каблуках и в белом халате». А потом ты приходишь и понимаешь, что это очень, очень, очень тяжелый труд.

На предварительном распределении меня хотели отправить в Шацк. Мой любимый вопрос — «А где это?» (смеется. — Прим. Onliner). На окончательном распределении я спорила, сказала: «Делайте что хотите, в Шацк не поеду! Если распределите в деревню, то вы меня просто похороните». В общем, отпустили меня с миром, сказали: «Раз ты из Борисова, вот и езжай в свой Борисов работать».

За шесть лет в профессии Татьяна успела поработать и в городской поликлинике, и в деревенской амбулатории, и в приемном отделении больницы. Есть с чем сравнивать. И сейчас она расскажет об этом. Но — внимание, спойлер! — нас не покидает вопрос: врачи, черт возьми, что вы за сверхлюди такие, если имеете силы и желание выходить на ночные дежурства даже во время декрета?

— Первое мое место работы — участковый терапевт (а потом и. о. заведующего) в 3-й городской поликлинике Борисова. Ну что я могу сказать об этом опыте… Врачи из стационаров обычно думают: «Ой, в поликлинике делать нечего!» А в поликлинике такие: «Да чем они там могут быть заняты, в стационаре-то?» (смеется. — Прим. Onliner) Поскольку я побывала и с той стороны, и с другой, могу со стопроцентной уверенностью сказать: работы через край всюду. В поликлинике я уходила к 8:00 и возвращалась иногда после 20:00. Часто приходилось таскать домой все эти карточки, МРЭК, записи. Домашние визиты по соседним деревням, где без машины не проедешь…

К сожалению, у нас жуткая нехватка специалистов. Помочь некому.

Очень грустно, что домой приходится нести все эти эмоции.

А я знаю людей, у которых семьи распадались из-за этого.

Слава богу, мне повезло с мужем.

Людям тяжело. Люди болеют.

Приходят к тебе на прием и откровенно говорят: «На жизнь порой не хватает! Где же мы возьмем деньги на лекарства?»

Поэтому много жалоб. Не потому, что врачи плохие или пациенты плохие. Сейчас везде так, не только в медицине, но и в торговле, в школах — очень много жалоб.

Просто у людей нет денег, они озлобленные и несчастные.

А нам, врачам, иногда хочется нормального человеческого отношения.

О следующем своем месте работы — Большеухолодской врачебной амбулатории — Татьяна вспоминает с теплом. На наши упорные просьбы описать колорит деревенской жизни отмахивается: «Нет никакой деревенской экзотики. Люди как люди».

— Что такое амбулатория в деревне? Ну, считайте, это та же поликлиника. Только разница в том, что в деревне к тебе на прием приходят все! Могут позвать на домашний визит абсолютно в любое время, и ты вскакиваешь, бежишь, оставляя людей в коридоре…

Большеухолодская амбулатория, которой я заведовала, наверное, показательная. В свое время итальянцы оказали ей спонсорскую помощь, в том числе купили автомобиль, а ведь далеко не во всех деревнях есть деньги на машины скорой помощи.

Деревня совсем близко к Борисову. Поэтому туда переехало много городских. По сравнению с Оздятичами, где мне тоже довелось поработать, у людей больше возможностей. А в Оздятичах все в основном работают на ферме, уровень жизни ниже. В деревне, пожалуй, на тебе бо́льшая ответственность: ты же там в одном лице и начальство, и медработник.

Но если сложный случай, я не стеснялась позвонить и спросить совета у коллег. Излишняя гордость в нашей профессии до добра не доводит.

«Мне не нравится, когда кто-то агрессивно относится к пациентам»

Сейчас Татьяна — дежурный врач приемного отделения Борисовской больницы №2, а еще мама почти что трехлетней Иры. Будничным голосом она рассказывает, как спасает людей при стенокардиях, а порой и инфарктах, объясняет, что такое быть рядом с человеком, когда дикий болевой синдром не снимается обычными обезболивающими, — и суметь помочь.

— Будучи в декрете, я брала ночные дежурства с 20:00 до 8:00, чтобы не терять квалификацию. Почему? Мне не хочется сидеть дома, быть домработницей. Да и, как бы пафосно это ни звучало, хотелось коллективу помочь. Так что я постоянно брала около пяти ночных дежурств в месяц — это примерно полставки. Рублей 20 у меня выходило за каждое дежурство, то есть около 100 в месяц. Но сразу скажу, эти суммы не нужно переводить на всю больницу. Оплата зависит от категории, стажа работы и может сильно отличаться от моей.

Что такое ночное дежурство? Это когда ты отвечаешь, по сути, за всех. Скорые привозят новых больных, в отделениях нужно следить за теми, кого госпитализировали в предыдущие дни… Все хотят помощи. Привозят мужчин с гипертоническими кризами, инфарктами, инсультами, пневмониями, тромбоэмболией легочной артерии. Все случается, и даже мгновенная смерть… На самом деле не всех можно спасти.

Пережить смерть человека, которому ты пытался помочь, очень сложно. Я стараюсь говорить себе: «Жизнь идет дальше. Есть другие люди, которые продолжают жить и нуждаются в твоей помощи».

С каждым годом, на мой взгляд, дежурства становятся все тяжелее: привозят все больше людей, мест в больнице нет. Вопрос: куда их положить? Бывает и по 13 человек за ночь. Это много.

На мне ведь висят еще и отделения. Ты просто разрываешься. А еще надо заполнить все истории болезней, журналы, справки… Бывает, заполняешь уже под утро, после 8:00, когда официально рабочий день закончен. Ну вот как-то сражаемся!

С болями в сердце стараемся всегда класть, особенно мужчин. Они ведь в зоне риска. Тем более что инфаркт сейчас молодеет. А еще есть безболевые случаи. Да-да. Вроде бы с человеком все в порядке, никаких жалоб нет, приходит он делать кардиограмму, смотрим: а там инфаркт! Подобное бывает не так уж редко. При классическом течении болезни инфаркт — это состояние с жутчайшим болевым синдромом, который иногда даже обезболивающими не купируется.

— Что вы думаете об агрессии среди медицинского персонала?

— Мне не очень нравится, когда кто-то агрессивно относится к пациентам. Но я понимаю, что лежит в глубине этого явления. Думаю, что все эти склоки — из-за усталости. Представьте, что медсестра, например, работает сутки через сутки, по 24 часа, практически не бывает дома. Какова степень ее усталости? Запредельная.

Естественно, в таком состоянии она может огрызнуться пациенту. И это опять история про то, что нагрузка слишком большая.

Хотя, повторюсь, мне не нравится агрессия по отношению к пациенту, какой бы причиной она ни объяснялась.

— Судя по вашим описаниям, жизнь врачей приемного отделения — это своего рода день сурка?

— Да, день сурка. Одни и те же скорые, одни и те же люди. Иногда в буквальном смысле. Есть такие люди, которые очень любят госпитализироваться (улыбается. — Прим. Onliner). Хотя как-то раз приехала бабушка — 20 лет ни к одному врачу не обращалась: «А чего я вас буду беспокоить, девочки?» А есть пациенты, которые прямо-таки любят бесплатно лечиться. Бывало, идешь на визиты с температурой 39,5 (не работать не можешь, потому что некому), заходишь в квартиру, а там у парня 37,2. И он вызвал врача!

Я думаю, выход в том, чтобы сделать медицину хотя бы минимально платной. Пусть бы вызов скорой или прием у врача стоил хотя бы самую маленькую копеечку — люди иначе бы к этому относились. Невозможно ценить то, что ты получаешь бесплатно.

В этой бесконечной гонке, словно в колесе, сложно не выгореть и сохранить человечность. Татьяна говорит, что профессиональная болезнь врачей — это цинизм (хотя странно слушать рассуждения о цинизме, глядя в эти улыбающиеся глаза). По ее словам, невозможно сохранять эмоциональную чувствительность, когда человек умирает на твоих глазах. Врачу приходится действовать, имея ясный холодный ум.

Татьяна нашла свой способ убежать от стресса — практически в прямом смысле. Мастер спорта по велотуризму, она выигрывает 200-километровые велосипедные марафоны и приключенческие гонки.

— Многие услышат «мастер спорта по велотуризму» и стебутся: «Ха-ха-ха, по туризму? Ездишь за границу и попиваешь пивко?» На самом деле приключенческие гонки, в которых я участвовала еще в университетские годы, а сейчас организовываю сама, — это сутки нон-стопа: плывешь, едешь, гребешь, ползешь, не спишь. После рождения дочери многие велосипедные марафоны я проезжала вместе с ней. Ребенка за спину — и вперед. Судьи даже подшучивают: «Таня, что, в этот раз без дочки? Куда ребенка дела?» (смеется. — Прим. Onliner)

Пока мы ведем светские разговоры о велосипедах, спускаемся в приемное отделение. А там картина маслом. Все то, о чем только что говорила Татьяна:

— Иван Иванович, нужно ведь было взять с собой вещи, чтобы лечь в больницу. Почему вы не взяли? Почему не хотите ложиться?.. Ну что же делать, напишите тогда отказ от госпитализации.

— Я напишу! Жалобу на вас напишу! — грозит кулаком брюзгливый дедок.

К приемному отделению подъезжают одна за одной машины скорой. Жизнь идет своим чередом. Дедуля «Я-Всегда-Прав!» мечтает об отмщении и фантазирует о размашистой жалобе. А врач думает о том, что целых 12 часов работы сейчас покатятся в тартарары…

— Татьяна, у меня один вопрос: почему вы остаетесь в этой профессии?

— Я не вижу себя ни в чем другом. И потом, может быть, это прозвучит старомодно, но у меня есть любовь к медицине. Человеческий организм — это такое чудо! Создать его, чтобы он так работал!.. Ну это же космос! А медик помогает организму работать — и это здорово.

Еще, знаете, бывает, идешь по городу, встречаешься с пациентами: «О, как радостно вас видеть! А как бабушка, как мама?» И улыбнулись друг другу, и хорошо стало на душе. В такие моменты чувствую, что я на своем месте, что вся моя работа не зря.

Источник: Полина Шумицкая. Фото: Александр Ружечка



‡агрузка...