"Перепутали перелом с артритом!" Пациент жалуется на врачей Полоцкой поликлиники
![Фото: Максим Трубкин Диагноз «артрит сустава правой стопы» в карточке пациента. Фото: Максим Трубкин Диагноз «артрит сустава правой стопы» в карточке пациента.](https://doktora.by/sites/doktora.by/files/styles/medium/public/uploaded/images/news/gallery/trubkin_4.jpg?itok=NdoOYmfU)
![Заключение: «стрессовый перелом субкапитальной зоны 4-й плюсневой кости правой стопы». Проще говоря, у пациента перелом пальца на ноге. Фото: Максим Трубкин Заключение: «стрессовый перелом субкапитальной зоны 4-й плюсневой кости правой стопы». Проще говоря, у пациента перелом пальца на ноге. Фото: Максим Трубкин](https://doktora.by/sites/doktora.by/files/styles/medium/public/uploaded/images/news/gallery/trubkin_1.jpg?itok=U5w8Mz3M)
!["Перепутали перелом с артритом!" Пациент жалуется на врачей Полоцкой поликлиники](https://doktora.by/sites/doktora.by/files/styles/600/public/uploaded/images/news/trubkin_3.jpg?itok=CGwJSEzB)
Житель Полоцка Максим Трубкин утверждает, что полмесяца проходил с переломом пальца ноги, который у него «просмотрели» местные врачи. Они лечили 30-летнего мужчину от артрита, тот делал уколы и пил лекарства. Но боль не прошла, хотя больничный закрыли. Кое-как отмучавшись с больной ногой на работе два дня, полочанин поехал в Витебск. Здесь доктора сразу же диагностировали перелом.
Пациент: «Перелом у меня просто «просмотрели»
— Нет, это не гололедная травма, — объясняет Максим Трубкин. — Я работаю старшим кассиром в крупном гипермаркете, причем за кассой не сижу — наоборот, много хожу по торговому залу. То есть постоянно испытываю физическую нагрузку на ноги. И вот 6 или 7 февраля я почувствовал боль в правой ноге. 9 февраля, когда она уже стала очень сильной и появился отек, обратился за помощью в Полоцкую центральную городскую поликлинику.
Мужчине сделали рентгенограмму, но травмы не обнаружили. Хирург отправил его к терапевту. Терапевт поставила диагноз «артрит» и назначила противовоспалительное лечение.
Пациент провел 10 дней на больничном: «Я прошел курс уколов, выпил две пачки довольно сильных таблеток, ходил на физиолечение, вымазал два тюбика обезболивающий мази. Чего только не делал!».
— Выполнял все назначения терапевта, а лучше не становилось. Нога все равно опухшая и сильно болела. 18 февраля пришел к терапевту. Она мне: «Я больше не могу держать вас на больничном, оснований для этого нет». — «А как я пойду на работу с такой болью?» — «Хотите, можете ехать на ВКК (врачебно-консультационную комиссию), но и там больничный вам все равно закроют».
Больничный закрыли. Два дня — 19 и 20 февраля — Максим, по его словам, «с трудом превозмогая боль в ноге», отработал в магазине. А 21-го поехал в Витебск, в областной диагностический центр.
— И услышал неожиданную новость: «Ну что, — говорит доктор. — У вас перелом», — вспоминает Максим. — 40 рублей я отдал за компьютерную томографию, 10 рублей — за консультацию врача. А сколько денег ушло на лекарства от артрита, которые, как выяснилось, были абсолютно не нужны, я вообще уже не считаю.
Травматолог-ортопед в областном диагностическом центре назначил лечение: 4 недели — в гипсовой повязке, а потом сделать рентген.
22 февраля в полоцкой поликлинике Максиму наложили гипс.
— Терапевт мне сказала: «Моей вины тут нет, ваш рентгеновский снимок не показал перелома». Но если бы мне сразу назначили правильное лечение, возможно, я был бы уже здоров. Мне стыдно за таких докторов в нашем городе. Несколько лет назад в Полоцке произошел случай, когда рентгенолог не заметил в желудке маленького ребенка проглоченную батарейку, в результате девочка стала инвалидом. С тех пор мало что изменилось, — считает мужчина.
Комментарий терапевта: «Почему перелом не увидели на рентгене — не знаю»
Заведующая 5-м терапевтическим отделением поликлиники Светлана Зверькова пояснила СМИ:
— 9 февраля пациенту сделали рентгеновский снимок. В этот же день он пришел на прием к хирургу. Какую-либо травму мужчина отрицал, но жаловался на боль в течение двух дней. Хирург отправил его к терапевту. Терапевт осмотрел пациента, назначил лечение, открыл больничный лист. Ко мне же пациент пришел 12 февраля — уже на продление больничного. Сам рентгеновский снимок я не видела. Видела лишь заключение врача, запись там была такая: «остеоартроз 1-й степени».
Терапевт Светлана Зверькова осмотрела Максима Трубкина:
— Осмотр показал незначительный отек ноги, не было видно ни большого синяка, ни покраснения, ни воспаления. Продолжили лечение, физиопроцедуры. Я же не могу не доверять хирургу и рентгену. У меня были объективные данные обследования. Это не такая кость, где я могу заподозрить перелом. Это мелкие косточки в стопе, около пальцев. Руками определить перелом в этом месте невозможно, это видно только на рентгене. А почему его не увидели на рентгене, этого я сказать не могу.
На следующем приеме, 18 февраля, когда закрывали больничный, по словам Зверьковой, отек на ноге у пациента стал «еще меньше, разница в объеме между правой (больной) и левой (здоровой) стопами была 1 см». Доктор посчитала, что пришло время закрывать больничный лист.
— У меня большой вопрос: а был ли там перелом на момент 9 февраля, когда делали рентгеновский снимок? Может быть, перелом возник позже, — предполагает врач.
Заведующая отделением лучевой диагностики Полоцкой центральной городской поликлиники, врач-рентгенолог Нонна Коновалова отказалась что-либо комментировать.
Фото: Максим Трубкин
Врачи перепутали с невралгией. В Пинске умер пациент от гнойного эпидурита
![](https://doktora.by/sites/doktora.by/files/uploaded/images/news/spinal-epidural-abscess1.jpg)
28 июня 61-летний пинчанин Михаил Баланович почувствовал резкую боль в правом боку. Мужчина неоднократно вызывал скорую, обращался в больницы Пинска и Столина — и 4 июля умер в реанимационном отделении Столинской ЦРБ. Как показало вскрытие, причиной смерти стали осложнения от редкого заболевания — гнойного эпидурита. Сейчас в обстоятельствах произошедшего разбираются следователи.
Проблемы со здоровьем у Михаила Федоровича начались рано утром 28 июня, рассказала СМИ его вдова Людмила Баланович. В тот день они были на даче в деревне Федоры Столинского района:
— У мужа сильно заболел бок. Такие боли были, что пришлось скорую вызвать. Нас около 6.00 забрали в Столин, положили в инфекционное отделение больницы. Позже я позвонила ему, спросила, как дела. Он мне сказал: «Боль сумасшедшая, я не могу ходить, меня пока обследуют». Около 15.00 перезвонил и сказал, чтобы я привезла ему таблетки от боли. Я нашла машину, поехала в Столин, завезла ему. Он кое-как ко мне спустился и сказал: «Я больше туда не пойду. Вези меня в Пинск. Здесь мне ничего не делают».
Людмила попросила врачей выдать выписку и указать, какая ему была оказана помощь. Затем они сели в машину и проехали около 60 километров до Пинска.
— В приемном покое Пинской центральной больницы его обследовали. Приходили хирурги, терапевты, невролог. Мне сказали, что ничего не могут найти. Я удивилась. Как? Откуда тогда такие боли?! Мне сказали, что это может быть невралгией. Потом спустился невролог, осмотрел и сказал, что у мужа межреберная невралгия, — рассказала собеседница.
Михаилу Федоровичу выписали лекарства и отправили домой.
— Ночью у него поднялась температура 39,3. Он сказал, что уже никуда не поедет. Я ему обезболивала. Вызвали скорую. Скорая попросила написать расписку, что я требую госпитализации мужа. Его забрали, отвезли в приемный покой Пинской больницы.
По словам Людмилы, в Пинской центральной больнице ее мужа обследовали, но не госпитализировали. Супруги вернулись в Федоры, где состояние мужчины ухудшилось.
— Мы опять вызвали скорую. Нас забрали и отвезли в Столин. Это было 1 июля. Мужа положили в неврологию. Мы нашли врача, поговорили, она сказала, чтобы мы не переживали, за мужем понаблюдают, посмотрят, — объяснила вдова.
2 июля Людмиле сообщили, что ее муж не может встать с кровати.
— Я опять взяла машину, поехала к нему. Мне сказали, что его смотрели, ноги кололи. Он боль чувствует, но встать не может, — рассказала Людмила Александровна.
3 июля Людмила вновь навестила мужа. Он ел, разговаривал, но все еще не мог двигаться. Рано утром 4 июля ей позвонили из больницы и попросили приехать, так как состояние Михаила Федоровича ухудшилось — его забрали в реанимацию.
— Когда мы приехали, к нам вышла доктор и сказала, что он подключен к аппарату (искусственной вентиляции легких — СМИ), есть подозрение на сепсис. Меня в реанимацию не пустили. Потом сказали, что муж скончался. Для меня это был такой шок… Он был здоровый, крепкий, живчик спортивный.
«В госпитализации было отказано»
15 августа Столинский райотдел Следственного комитета начал проверку по факту смерти Михаила Балановича. Как указано в постановлении о назначении сложной судебно-медицинской экспертизы, во время разбирательства было установлено, что 28 июня бригада скорой доставила мужчину в Столинскую ЦРБ с жалобами на боли в правом боку. Его определили на стационарное лечение в инфекционное отделение с диагнозом: «холецистит под вопросом, приступ почечной колики под вопросом».
«В тот же день Михаил Федорович самостоятельно покинул инфекционное отделение УЗ „Столинская ЦРБ“ и самостоятельно обратился в приемное отделение УЗ „Пинская ЦБ“, где ему после проведения осмотра был выставлен диагноз — межреберная невралгия справа, однако в госпитализации в стационаре ему было отказано», — сообщается в постановлении.
29 июня Михаил Федорович вызвал на дом бригаду скорой, которая отвезла его обратно в пинскую больницу. На этот раз он жаловался на сильные боли в правом боку, спины, живота и грудного отдела. После осмотра ему поставили диагноз «дорсалгия (боль в спине — СМИ), умеренный болевой синдром». В госпитализации ему вновь отказали.
1 июля мужчина вновь вызвал бригаду скорой с теми же жалобами. Из деревни Федоры его перевезли в Столинскую райбольницу и госпитализировали в неврологическое отделение. Его состояние ухудшилось и 4 июля пациента перевели в реанимационное отделение, где в 8.36 он скончался.
Согласно протоколу патолого-анатомического вскрытия, Михаил Баланович страдал гнойным эпидуритом, абсцессом средней доли правого легкого. Течение заболевания осложнилось отеком головного и спинного мозга, токсической дистрофией паренхиматозных органов, которые и явились непосредственной причиной смерти.
Фактов халатного отношения не выявлено, но врачи наказаны
Людмила написала жалобы в Столинскую и Пинскую больницы. В учреждениях образования прошли внутренние проверки по факту смерти Михаила Федоровича.
«Ваш муж в приемном отделении УЗ „Пинская центральная больница“ был осмотрен дежурными хирургами, неврологами. Данных за острую хирургическую и неврологическую патологию на момент осмотра выявлено не было. Также поясняем вам, что гнойный эпидурит — заболевание редкое. Проявляется чаще всего болями в позвоночнике и наличием неврологической симптоматики, которая на момент обращения в УЗ „Пинская центральная больница“ отсутствовала. Поэтому врачам неврологам было сложно заподозрить или установить данный диагноз в условиях приемного отделения», — сообщалось в ответе за подписью главного врача Олега Головко.
Кроме того в ответе указывалось, что во время проверки были выявлены дефекты в работе дежурного врача-невролога: не проведен анализ сочетания болей в позвоночнике, грудной клетке и высокой температуры тела с воспалительными изменениями в общем анализе крови.
«Пациент не был госпитализирован, несмотря на повторное обращение его в течение суток в приемное отделение. За выявленное нарушение врач-невролог привлечена к дисциплинарной ответственности», — указывалось в ответе из Пинской ЦБ.
В администрации Столинской ЦРБ вдове выразили соболезнования и отметили, что фактов халатного отношения и неквалифицированного оказания медицинской помощи не выявлено.
Однако во время служебного расследования выявились недостатки в оформлении медицинской документации, которые не повлияли на исход заболевания. К четырем врачам, которые оказывали помощь Михаилу Федоровичу, применили меры дисциплинарного взыскания с депремированием.
«Также сообщаем, что гнойные спинальные эпидуриты — довольно редкая патология, в клинической картине которой нет патогномоничных симптомов, в связи с чем их диагностика затруднена даже с использованием современных методов нейровизуализации: КТ, МРТ (компьютерная и магнитно-резонансная томографии — СМИ», — указывалось в ответе из Столинской райбольницы.
«Какой-то грубой медицинской ошибки там нет»
По словам Людмилы, пока проверка Следственного комитета приостановлена — ждут результатов сложной судебно-медицинской экспертизы.
— Как можно было поставить ему невралгию и отпустить домой? Мы были уверены, что у него нет там ничего страшного!
Комментируя СМИ обстоятельства произошедшего, главврач Столинской ЦРБ Петр Пашкевич подчеркнул, что сейчас все материалы по пациенту находятся в Следственном комитете.
— По моему мнению, какой-то грубой медицинской ошибки там нет, — считает собеседник и подчеркивает, что гнойный эпидурит встречается крайне редко.
Как сообщил СМИ доцент кафедры неврологии и нейрохирургии Константин Кубраков, который готовил научные публикации по теме эпидурита, патология эта крайне сложная.
— Раннего обращения по ней практически нет. Пациенты обращаются, когда уже их начинает что-то беспокоить, часто это болевой синдром. Если уже есть выраженная боль и причина тому эпидурит, значит, там уже есть гнойный процесс. Чаще всего от момента начала развития самого гнойного процесса до того момента, как больные обращаются к врачам, проходит в среднем четыре месяца, — говорит Константин Михайлович.
По словам собеседника, в Беларуси в год регистрируется несколько десятков случаев гнойного эпидурита:
— Патология не такая распространенная, как, скажем, аппендицит. Клинические симптомы не специфичны. Первым симптомов является боль, которая на фоне общей интоксикации и, к сожалению, при приеме пациентами в домашних условиях нестероидных противовоспалительных препаратов, затихает. Стали лечить, стало легче — отсюда и поздняя обращаемость. Летальность по данной патологии, по мнению разных авторов, достигает 17%.