Эндоскопист 10 больницы Минска: Цифровые технологии позволяют нам рассмотреть болезнь задолго до ее клинических проявлений

30.10.2013
107
0
Эндоскопист 10 больницы Минска: Цифровые технологии позволяют нам рассмотреть болезнь задолго до ее клинических проявлений

Минская 10-я клиника — одна из самых крупных больниц в республике. Только в отделении эндоскопии в сутки диагностическая и хирургическая помощь оказывается более 60 пациентам.

Основной наплыв пациентов в отделении эндоскопии — с утра. Но не каждый готов поделиться своими проблемами и тайнами диагноза с корреспондентом газеты. Нина Макаровна (фамилию пожилая женщина просит не указывать) приезжает из Стародорожского района в столичную больницу в 33-й (!) раз. И не врачи виноваты в том, что стала постоянным пациентом, а тяжелая астма с «букетом» осложнений. «В больницу попала по направлению. Сейчас будут делать бронхоскопию. Волнуюсь очень, — переживает Нина Макаровна. — Но здесь меня каждый раз снова возвращают к жизни доктора, у которых золотые руки и золотое терпение».

А вот Елена на эндоскопическое обследование приехала из Могилевской области. Врачи райбольницы никак не могут установить диагноз, но утверждают, что, несмотря на периодически возникающие боли в желудке, проблем для беспокойства быть не должно. Решила действовать сама.  Выбор остановила на столичной 10-й клинике.

Заведующая эндоскопическим отделением Виктория Стахиевич поясняет, почему именно эндоскопия сегодня — одно из определяющих и важных направлений в диагностике и лечении различных заболеваний. Малоинвазивные методики обследования и хирургического вмешательства на полых органах позволяют сократить диагностический этап, а в случае выполнения операции — максимально ускорить реабилитацию пациента.

 Обычная эндоскопия, к которой мы все привыкли, — то, что в народе называют «японским зондом». Проще говоря, раньше доктор «вычислял» заболевание, полагаясь только на то, что видел собственными глазами через специальную трубку с системой линз.

— Сегодня нам помогают цифровые технологии, которые позволяют рассмотреть болезнь задолго до ее клинических проявлений, — рассказывает Виктория Анатольевна. — Удивлены? Современная эндоскопия — это сплав видео, компьютерных, лазерных и цифровых технологий обработки данных. Представьте, что человек — это космос. Так вот вчера, если так можно выразиться, на нашем вооружении был бинокль, а сегодня — мощный электронный телескоп.

Диагноз врачу помогает установить не просто «лампочка» на конце эндоскопа, как на аппаратах предыдущих поколений, а видеопроцессор, по количеству выполняемых операций сравнимый с компьютером. Причем увидеть, как говорят сами пациенты, «что там внутри», можно на большом телевизоре-мониторе. Четкость изображения можно откорректировать, увеличить и рассмотреть мельчайшие структуры, которые раньше были недоступны для человеческого глаза. Кроме того, специалисты могут посоветоваться друг с другом, коллегами из других клиник — новая аппаратура позволяет подключиться к общебольничной базе данных или посредством Интернета обмениваться полученной информацией. Фактически — реальная возможность того, что называется телемедициной.

 Но насколько эта умная аппаратура доступна жителю глубинки?

— Доступна любому, кому необходима помощь такого уровня. Либо это пациенты стационара, либо те, кто к нам обратился по платным услугам. В стационаре больницы со всей республики проходят лечение пациенты с достаточно сложными и редкими заболеваниями — стенозом трахеи, поражениями толстой кишки, язвенным колитом или болезнью Крона. К сожалению, на аппаратуре среднего класса ранняя диагностика данных патологий затруднена. Для этого требуется аппаратура так называемого высокого, или экспертного, класса. В каждом кабинете нашего отделения имеется такая система. Эндоскописты трепетно относятся к своей аппаратуре: это полноправный партнер, умный, одушевленный коллега, с которым больше получается.

Первичная диагностическая эндоскопия сама по себе это только «вижу и пою», а для лечения все же нужны активные действия, замечает заведующая отделением. Человек «слишком сложная мозаика, и невозможно установить диагноз на основании только одного метода». В 80—90 процентах эндоисследований визуальную диагностику на новой аппаратуре дополняют одновременной биопсией, которую теперь уже можно взять «более прицельно», увидев подозрительные структуры размером менее миллиметра. Для полноценной картины и постановки точного диагноза необходима скоординированность действий различных специалистов и служб. К примеру, гастроскопия дополняется рентгенологическими и компьютерными методами, УЗИ.

Синий. Красный... Зеленый

Одна из супертехнологий, которая появилась на вооружении эндоскопистов — цифровая хромоскопия. Проще говоря, меняя режим освещенности во время исследования, осматривая слизистую не только в стандартном (белом), но и в синем или зеленом свете, врач с большей степенью достоверности может выявить неспокойные участки на стенках пищевода, желудка или кишечника. Раньше в таких случаях использовался химический краситель. Сейчас на смену ему пришли умные компьютерные технологии. И такое «оружие» — хороший способ борьбы с тяжелыми недугами. В этом случае заключение не звучит как приговор, ведь оно дается на этапе, когда достаточно вмешательства терапевтов.

Но эндоскопия — это еще и хирургия. Центр гастродуоденальных кровотечений поставляет в отделение эндоскопии большую часть пациентов. Виктория Стахиевич показывает инструменты, при помощи которых спасают жизнь, не прибегая к большой операции. Пациентам, которые поступают в клинику с кровотечением, в эндоскопии дают «зеленый свет» и «красную дорожку», замечает заведующая отделением. Чувствительная аппаратура позволяет проводить экстренную остановку кровотечения. Во время операции изображение выводится на экран. Одновременно работает бригада специалистов различного профиля, но возможность прямой визуализации существенно повышает эффективность и слаженность их действий. Работу хирурга при этом выполняет врач-эндоскопист. На кровоточащий сосуд с помощью аппарата накладывается маленькая клипса. Это помогает избежать большой операции, сроки лечения сокращаются, пациент быстрее идет на поправку. Стоит ли это дешевле? Возможно и нет. Но с точки зрения здоровья... Человек вернется к нормальной жизни, уверена Виктория Стахиевич, и будет работать в той же профессии, что и раньше, не завися всю жизнь от здравоохранения. Налицо не только экономический, но и социальный эффект.

 Использование новой аппаратуры при эндоскопическом обследовании помогает прицельно, качественно удалять новообразования при помощи аргоноплазменной коагуляции. Эта установка — приобретение в отделении.

— По сути, это хирургия одного дня, при которой плановая эндоскопия ориентирована на предупреждение онкологических заболеваний, — поясняет Виктория Анатольевна. — Класс полученной аппаратуры выводит нас на совершенно новый этап. К примеру, обнаружив во время колоноскопии небольшой полип, мы можем удалить его сразу при первичном исследовании, исключая необходимость повторных осмотров. Тем самым устраняя дополнительный дискомфорт пациента и не озадачивая коллег. Проблему устранили мы, предварительно взяв материал на исследование под микроскопом. Такой подход отвечает требованиям международной программы скрининга колоректального рака. Не секрет, что эндоскопические методы исследования приятными не назовешь, поэтому сегодня многие манипуляции, к примеру такие, как колоноскопия, могут проводиться под анестезией, что полностью исключает физическую боль и дискомфорт.

 Бронхоскопия в «десятке» — одна из самых мощных в республике. При помощи хирургического лазера, проведенного через эндоскоп, пациенты с диагнозом стеноз трахеи теперь в ряде случаев могут вместо большой хирургической операции проходить восстановительное лечение при помощи эндоскопических методик. Сегодня под наблюдением в центре торакальной хирургии почти 60 человек со всей республики.

Еще один уникальный аппарат на вооружении отделения эндоскопии — эндосонограф. Он соединяет возможности УЗИ и эндоскопа. Если при обычной эндоскопии специалисты видят орган со стороны внутреннего просвета, оценивая в основном слизистую оболочку, то эндосонограф сканирует все слои стенки пищевода или желудка, выявляя более глубинные проблемы. Показывает он, как «чувствует» себя и такой загадочный орган, как поджелудочная железа... Ее теперь и вовсе можно рассмотреть, как шутят врачи, во всей красе — «пошагово в два миллиметра». Это позволяет взять пункцию или убрать жидкость из кисты поджелудочной железы, избавив пациента от операции.

О чем жалеют врачи, имея в наличии такую супераппаратуру? О том, что потенциальные пациенты не всегда знают, какие возможности есть не только у областного здравоохранения, но и у районного. Ведь порой столичные медики — последняя инстанция в надежде вернуть здоровье.

— Информированность людей — вот наша главная проблема, — сокрушается Виктория Стахиевич. — Все знают, что болезнь проще предупредить, стоит только найти время для своего здоровья. А сельчане, по-моему, это люди, которым просто некогда на себя обращать внимание. Знаю по своим пациентам. Один из них работает мелиоратором. Говорит: пока я могу работать, я работаю, а когда понимаю, что не могу, — приезжаю к вам. И в больнице его не удержать ни на день…

Анна КОРЕНЕВСКАЯ, «БН», Фото Сергея ЛОЗЮКА, «БН»

Источник информации http://www.belniva.by/news_full.php?id_news=62418
Медучреждения:
Гость, Вы можете оставить свой комментарий:

Чтобы оставить комментарий, необходимо войти на сайт:

Вход/регистрация на сайте через соц. сети:

‡агрузка...

"Если бы поверили врачам, ребенок уже давно бы умер". Семья минчан растит дочь, на которой большинство врачей в Минске поставили крест

Болезнь ребенка – испытание, через которое не каждый в силах пройти. История Ольги Тумар и ее дочки Маруси – подтверждение того, что врачи могут ошибаться, а вера, любовь и забота творят чудеса

Маруся - желанный ребенок, рождения которого с нетерпением ждала вся семья. На 33 неделе беременности Ольга попала в больницу на сохранение, где врачи впервые обратили внимание на серьезные отклонения в развитии плода. У нее было немного времени, чтобы принять новую реальность - уже через неделю, в конце мая 2015 года, путем кесарева сечения на свет появилась Маруся.

С того самого момента, когда все пошло не так, внутри появилось четкое ощущение, что это не случайно. Поэтому и возникло абсолютное принятие ситуации, несмотря на очевидный ужас происходящего. Мы ни с чем не боролись, не вымаливали Марусю, не «сражались за жизнь». С самого начала мы доверились ей и готовы были принять любой исход. Более полугода Ольга и Маруся провели в реанимациях: диспропорциональная в размерах, с многочисленными вывихами, малышка почти не двигалась и не дышала сама. Я сохраняла свое молоко для нее, читала книжки, мы любили ее без всяких условий и прогнозов. Просто делали то, что требовала от нас ситуация: покрестили в первые несколько часов после рождения, искали врачей, консультировались, отправляли ее диагнозы в разные страны и клиники.

Несмотря на неутешительные прогнозы врачей, родители Маруси каждый новый день задавались вопросом: что сегодня нужно сделать для дочки? Ольга ясно помнит то мгновение, когда врач вышел из-за двери реанимации и сказал, что Маруся не выживет.

Мы спросили, чем можем помочь. - Ничего уже не сделать. - Так… а ортопед сегодня приходил ее гипсовать? (У девочки врожденные вывихи суставов - прим. ред.) - Какое гипсовать, ребята? Причем тут ее ноги, если она никогда не сможет сама дышать и полноценно жить? - Давайте так. Пока она еще жива, мы вместе будем делать каждый свое дело, хорошо? … И мы шли звонить ортопеду, который обещал, что если Маруся сможет дышать сама, то на каблуках уж наверняка будет ходить.

Но большинство врачей в Минске давали понять, что не в силах помочь.

Родители готовы были увезти ребенка в любую страну за любые деньги, но специалисты из других стран присылали лишь отказы и соболезнования. В какой-то момент, спустя 2 месяца на ИВЛ, после всех обследований, нам предложили отказаться от дочки или оставить ее в Доме ребенка №1, где дети с тяжелейшими диагнозами живут под аппаратами ИВЛ, в основном в вегетативном состоянии. Некоторые родители навещают их. Но уход осуществляет медперсонал. И дети живут там столько, сколько им отпущено.

Ольге с мужем пришлось пережить множество тяжелых моментов, прежде чем в декабре 2015 года они смогли забрать Марусю домой. С аппаратом искусственной вентиляции легких и жизнеобеспечивающими трубками. После выписки из больницы в медицинских документах девочки написали диагнозы: синдром Ларсена, трахеобронхомаляция, раннее органическое поражение ЦНС со спастическим тетрапарезом, псевдобульбарными нарушениями, судорожным синдромом, задержкой психо-доречевого развития, вторичная микроцефалия, стеноз трахеи, двусторонняя очаговая пневмония в стадии обратного развития, гастростома, диффузный пневмофиброз, миокардиодистрофия. И это было далеко не все.

Я не врач, и лишь на глаз могу сказать, что на сегодняшний день половина всего, наверное, уже не актуальна. Синдром Ларсена генетики не подтвердили, судорог нет, ортопед вывел все суставы в нужное положение, и все осложнения выглядят, наверное, попроще ввиду того, что многое Маруся уже делает сама.... В общем, из очевидного сейчас - это большая задержка в развитии, особенно физическом. И, может, какие-нибудь неврологические моменты. Вопреки прогнозам врачей Маруся стала дышать сама. Прогнозы по легким были отрицательные. Но за три месяца дома мы полностью ушли от аппарата. А через полтора месяца в ДХЦ достали трубку из горла. Еще через пять месяцев извлекли из живота Маруси гастростому - трубку, через которую она получала питание.

Сейчас Марусе 1 год и 8 месяцев, она дышит и кушает самостоятельно. Она внимательный, спокойный и очень мудрый ребенок, проявляет интерес ко всему происходящему вокруг: берет предметы в руки, долго их изучает, произносит первые слоги, улыбается, смеется, любит занятия в бассейне, обожает инструментальную музыку и кашу с бананом.

Ольга неустанно занимается реабилитацией и развитием дочери. Маруся научилась самостоятельно держать голову, переворачиваться во все стороны, уже учится ползать и сидеть. Сегодня мама с дочкой каждый день ездят на различные процедуры и к терапевтам, посещают ортопеда, остеопата. Маруся плавает с мамой в бассейне, занимается c логопедом и работает дома по различным методикам. О жизни дочери, ее успехах и путешествиях Ольга часто рассказывает в своеме инстаграме @olga_tumar.

Вкусная еда, прогулки, сон, новые знакомства и интересные места. Я везде беру ее с собой и знакомлю с миром. Папа много работает, но поздние вечера и выходные дни мы проводим вместе.

Вначале каждая минута жизни мамы была посвящена только дочери. Но в то сложное время Ольге сделали интересное предложение по работе - и она согласилась. Работодатель был в курсе ситуации. Таким образом, помимо Маруси, у Ольги появился еще и интересный проект. У ребят и Маруси огромная группа поддержки. С малышкой иногда остается няня, обе бабушки и даже дедушка, а мама старается заниматься спортом, оставляет время на отдых и личные интересы, которые нужны ей как воздух. Кроме близких и родных, большую помощь Ольге с Марусей оказал Белорусский Детский Хоспис: именно они предоставили им в пользование часть специального оборудования для жизнеобеспечения ребенка на дому, присылали врачей, ежемесячно передавали расходные материалы... Помощь от государства для семьи Тумар – ежемесячное пособие по инвалидности (около 300 BYN).

Все были готовы помочь в любую секунду, предлагали деньги, давали контакты специалистов, отправляли посылки, помогали переводить документы, приходили помогать, когда через полгода нас, наконец, отпустили домой со всей аппаратурой и Марусиными трубками. Да и мы никогда не стеснялись просить о помощи, когда действительно понимали, что сами не знаем, как быть.

Сегодня Ольга сравнивает свою жизнь с бурным жизненным потоком, которого невозможно было избежать.

Мы плывем по бурной реке событий и совершенно не понимаем куда, как и зачем. Здесь невозможно просчитать, спрогнозировать, угадать наверняка. Все происходящее сейчас - какое-то удивительное таинство.

Семья Тумар выражает особую благодарность Ляховской Ирине Александровне, Сердюченко Ольге Дмитриевне и Сергею Николаевичу, Манышевой Светлане Николаевне, Очеретнему Максиму Дмитриевичу, Реут Светлане Устиновне, Фурманчуку Дмитрию Александровичу, Гриневичу Юрию Мечиславовичу, а также медперсоналу, который помогал во 2-ом роддоме, в 4-ой детской, в детской инфекционной клинической больнице, в ДХЦ, в Белорусском Детском Хосписе и всем неравнодушным к судьбе Маруси людям.
 



‡агрузка...