Известные белорусы ответили на вопрос: сталкивались ли вы с халатностью врачей
Андрей АРЯМНОВ, тяжелоатлет. Я работаю со спортивными врачами, потому как к каждому спортсмену нужен индивидуальный подход, здоровье каждого уникально. К спортсменам высокого уровня действительно хорошее отношение со стороны врачей, постоянно чувствуется поддержка. Если ты серьезный спортсмен-тяжелоатлет, к врачам приходится обращаться часто, спортивных травм множество.
Юрий ВЫДРОНЮК, лидер группы Ur'ia. Я сталкивался с очень контрастной белорусской медициной. Были специалисты, которые глубоко вникали в суть твоей проблемы, они мне очень симпатичны как профессионалы. Но встречались и такие врачи, которые демонстрировали абсурдную профанацию. Я не могу говорить обо всех врачах, не так-то часто я прибегаю к медицине - человек я здоровый, люблю природу, физическую активность, движение. И тем не менее мне доводилось видеть разных врачей, в т.ч. преданных своему делу, но в той поликлинике, к которой приписаны мои родители, все очень печально. Придя с отцом в поликлинику, я выяснил, что ни участковый врач, ни заместитель главврача не знают, что при применении антибиотиков нужно соблюдать диету.
Вообще-то любому пожилому человеку стоит ее соблюдать, а первые лица поликлиники об этом не знают! К тому же врачи не отягощают себя изучением побочных эффектов препарата, назначая лечение. Я столкнулся с тем, то врач даже не прочитала инструкцию к лекарству, которое назначила моему отцу, - это меня просто шокировало. Да и вообще странное отношение к пациентам поликлиники: моим родителям, которым по 85-86 лет, упорно не дают справку о необходимости постороннего ухода. Я по долгу службы зачастую уезжаю из города, а их дом стоит на горке, в холодное время года там опасно ходить, они элементарно не всегда могут выбраться в магазин, и вот уже два года поликлиника категорически отказывает в этой справке по постоянному постороннему уходу, хоть состояние родителей тяжелое.
Сергей ГАЙДУКЕВИЧ, глава Либерально-демократической партии Беларуси. Как и все мы, врачи учатся в школах, институтах, кто-то учится хорошо, кто-то - плохо. Не бывает, чтобы в группе были одни золотые медалисты. И у каждого из нас одно желание: если вдруг приболел, начинаем искать врачей по знакомым - а я вот этого знаю, а я того - шикарный врач! Ездят люди по всему миру, ищут хороших специалистов: кто-то в Израиле от определенных болезней лечится, кто-то еще где. К счастью, я не так часто болею, чувствую себя достаточно хорошо, так что не так часто ищу врачей. Зубного врача искал, мне дали три номера телефона, выбрал подходящее для себя время приема - чудесная женщина, чудесный врач, и до сих пор хожу лечить зубы только к ней. Когда находишь хорошего врача, к нему привязываешься и не ищешь других.
Альберт СКОРОХОД, бронзовый призер Кубка мира по кикбоксингу, певец и композитор. Я всегда сталкивался с профессионализмом врачей, возможно, потому, что всегда сам ответственно подходил к выбору врача, к своему здоровью. Я перенес ряд серьезных операций, спортивных травм, но халатности за врачами не заметил, всегда с их стороны ко мне было отличное отношение. Всегда есть человеческий фактор, никто ни от чего не застрахован, всегда есть место не зависящим от нас моментам. Но если идешь на операцию или другую серьезную процедуру, не стоит делать этого вслепую - нужно консультироваться, узнавать врачей. Не всегда разрекламированные бренды обещают качественную услугу, нужно делать скидку на человеческий фактор.
Бывают, конечно, моменты, когда случаются печальные инциденты даже вопреки опыту и профессионализму врачей, когда специалист не в состоянии решить проблему. И все же нужно к своему здоровью относиться ответственно, заранее изучать все детали будущего врачебного вмешательства - выяснять через знакомых, какие врачи хороши, какие - еще лучше.
![](https://doktora.by/sites/doktora.by/files/styles/new-avatardoc/public/userface/avatar.gif?itok=hUXaMF4R)
Врачи перепутали с невралгией. В Пинске умер пациент от гнойного эпидурита
![](https://doktora.by/sites/doktora.by/files/uploaded/images/news/spinal-epidural-abscess1.jpg)
28 июня 61-летний пинчанин Михаил Баланович почувствовал резкую боль в правом боку. Мужчина неоднократно вызывал скорую, обращался в больницы Пинска и Столина — и 4 июля умер в реанимационном отделении Столинской ЦРБ. Как показало вскрытие, причиной смерти стали осложнения от редкого заболевания — гнойного эпидурита. Сейчас в обстоятельствах произошедшего разбираются следователи.
Проблемы со здоровьем у Михаила Федоровича начались рано утром 28 июня, рассказала СМИ его вдова Людмила Баланович. В тот день они были на даче в деревне Федоры Столинского района:
— У мужа сильно заболел бок. Такие боли были, что пришлось скорую вызвать. Нас около 6.00 забрали в Столин, положили в инфекционное отделение больницы. Позже я позвонила ему, спросила, как дела. Он мне сказал: «Боль сумасшедшая, я не могу ходить, меня пока обследуют». Около 15.00 перезвонил и сказал, чтобы я привезла ему таблетки от боли. Я нашла машину, поехала в Столин, завезла ему. Он кое-как ко мне спустился и сказал: «Я больше туда не пойду. Вези меня в Пинск. Здесь мне ничего не делают».
Людмила попросила врачей выдать выписку и указать, какая ему была оказана помощь. Затем они сели в машину и проехали около 60 километров до Пинска.
— В приемном покое Пинской центральной больницы его обследовали. Приходили хирурги, терапевты, невролог. Мне сказали, что ничего не могут найти. Я удивилась. Как? Откуда тогда такие боли?! Мне сказали, что это может быть невралгией. Потом спустился невролог, осмотрел и сказал, что у мужа межреберная невралгия, — рассказала собеседница.
Михаилу Федоровичу выписали лекарства и отправили домой.
— Ночью у него поднялась температура 39,3. Он сказал, что уже никуда не поедет. Я ему обезболивала. Вызвали скорую. Скорая попросила написать расписку, что я требую госпитализации мужа. Его забрали, отвезли в приемный покой Пинской больницы.
По словам Людмилы, в Пинской центральной больнице ее мужа обследовали, но не госпитализировали. Супруги вернулись в Федоры, где состояние мужчины ухудшилось.
— Мы опять вызвали скорую. Нас забрали и отвезли в Столин. Это было 1 июля. Мужа положили в неврологию. Мы нашли врача, поговорили, она сказала, чтобы мы не переживали, за мужем понаблюдают, посмотрят, — объяснила вдова.
2 июля Людмиле сообщили, что ее муж не может встать с кровати.
— Я опять взяла машину, поехала к нему. Мне сказали, что его смотрели, ноги кололи. Он боль чувствует, но встать не может, — рассказала Людмила Александровна.
3 июля Людмила вновь навестила мужа. Он ел, разговаривал, но все еще не мог двигаться. Рано утром 4 июля ей позвонили из больницы и попросили приехать, так как состояние Михаила Федоровича ухудшилось — его забрали в реанимацию.
— Когда мы приехали, к нам вышла доктор и сказала, что он подключен к аппарату (искусственной вентиляции легких — СМИ), есть подозрение на сепсис. Меня в реанимацию не пустили. Потом сказали, что муж скончался. Для меня это был такой шок… Он был здоровый, крепкий, живчик спортивный.
«В госпитализации было отказано»
15 августа Столинский райотдел Следственного комитета начал проверку по факту смерти Михаила Балановича. Как указано в постановлении о назначении сложной судебно-медицинской экспертизы, во время разбирательства было установлено, что 28 июня бригада скорой доставила мужчину в Столинскую ЦРБ с жалобами на боли в правом боку. Его определили на стационарное лечение в инфекционное отделение с диагнозом: «холецистит под вопросом, приступ почечной колики под вопросом».
«В тот же день Михаил Федорович самостоятельно покинул инфекционное отделение УЗ „Столинская ЦРБ“ и самостоятельно обратился в приемное отделение УЗ „Пинская ЦБ“, где ему после проведения осмотра был выставлен диагноз — межреберная невралгия справа, однако в госпитализации в стационаре ему было отказано», — сообщается в постановлении.
29 июня Михаил Федорович вызвал на дом бригаду скорой, которая отвезла его обратно в пинскую больницу. На этот раз он жаловался на сильные боли в правом боку, спины, живота и грудного отдела. После осмотра ему поставили диагноз «дорсалгия (боль в спине — СМИ), умеренный болевой синдром». В госпитализации ему вновь отказали.
1 июля мужчина вновь вызвал бригаду скорой с теми же жалобами. Из деревни Федоры его перевезли в Столинскую райбольницу и госпитализировали в неврологическое отделение. Его состояние ухудшилось и 4 июля пациента перевели в реанимационное отделение, где в 8.36 он скончался.
Согласно протоколу патолого-анатомического вскрытия, Михаил Баланович страдал гнойным эпидуритом, абсцессом средней доли правого легкого. Течение заболевания осложнилось отеком головного и спинного мозга, токсической дистрофией паренхиматозных органов, которые и явились непосредственной причиной смерти.
Фактов халатного отношения не выявлено, но врачи наказаны
Людмила написала жалобы в Столинскую и Пинскую больницы. В учреждениях образования прошли внутренние проверки по факту смерти Михаила Федоровича.
«Ваш муж в приемном отделении УЗ „Пинская центральная больница“ был осмотрен дежурными хирургами, неврологами. Данных за острую хирургическую и неврологическую патологию на момент осмотра выявлено не было. Также поясняем вам, что гнойный эпидурит — заболевание редкое. Проявляется чаще всего болями в позвоночнике и наличием неврологической симптоматики, которая на момент обращения в УЗ „Пинская центральная больница“ отсутствовала. Поэтому врачам неврологам было сложно заподозрить или установить данный диагноз в условиях приемного отделения», — сообщалось в ответе за подписью главного врача Олега Головко.
Кроме того в ответе указывалось, что во время проверки были выявлены дефекты в работе дежурного врача-невролога: не проведен анализ сочетания болей в позвоночнике, грудной клетке и высокой температуры тела с воспалительными изменениями в общем анализе крови.
«Пациент не был госпитализирован, несмотря на повторное обращение его в течение суток в приемное отделение. За выявленное нарушение врач-невролог привлечена к дисциплинарной ответственности», — указывалось в ответе из Пинской ЦБ.
В администрации Столинской ЦРБ вдове выразили соболезнования и отметили, что фактов халатного отношения и неквалифицированного оказания медицинской помощи не выявлено.
Однако во время служебного расследования выявились недостатки в оформлении медицинской документации, которые не повлияли на исход заболевания. К четырем врачам, которые оказывали помощь Михаилу Федоровичу, применили меры дисциплинарного взыскания с депремированием.
«Также сообщаем, что гнойные спинальные эпидуриты — довольно редкая патология, в клинической картине которой нет патогномоничных симптомов, в связи с чем их диагностика затруднена даже с использованием современных методов нейровизуализации: КТ, МРТ (компьютерная и магнитно-резонансная томографии — СМИ», — указывалось в ответе из Столинской райбольницы.
«Какой-то грубой медицинской ошибки там нет»
По словам Людмилы, пока проверка Следственного комитета приостановлена — ждут результатов сложной судебно-медицинской экспертизы.
— Как можно было поставить ему невралгию и отпустить домой? Мы были уверены, что у него нет там ничего страшного!
Комментируя СМИ обстоятельства произошедшего, главврач Столинской ЦРБ Петр Пашкевич подчеркнул, что сейчас все материалы по пациенту находятся в Следственном комитете.
— По моему мнению, какой-то грубой медицинской ошибки там нет, — считает собеседник и подчеркивает, что гнойный эпидурит встречается крайне редко.
Как сообщил СМИ доцент кафедры неврологии и нейрохирургии Константин Кубраков, который готовил научные публикации по теме эпидурита, патология эта крайне сложная.
— Раннего обращения по ней практически нет. Пациенты обращаются, когда уже их начинает что-то беспокоить, часто это болевой синдром. Если уже есть выраженная боль и причина тому эпидурит, значит, там уже есть гнойный процесс. Чаще всего от момента начала развития самого гнойного процесса до того момента, как больные обращаются к врачам, проходит в среднем четыре месяца, — говорит Константин Михайлович.
По словам собеседника, в Беларуси в год регистрируется несколько десятков случаев гнойного эпидурита:
— Патология не такая распространенная, как, скажем, аппендицит. Клинические симптомы не специфичны. Первым симптомов является боль, которая на фоне общей интоксикации и, к сожалению, при приеме пациентами в домашних условиях нестероидных противовоспалительных препаратов, затихает. Стали лечить, стало легче — отсюда и поздняя обращаемость. Летальность по данной патологии, по мнению разных авторов, достигает 17%.
1. Человеческий фактор.
2. Условиями труда.
3. Зарплатой специалиста.
4. Стечением обстоятельств ( перегрузка, пустыми отчётами, бесправие, плохой быт, бесперспективность и др..)
Чем лечится:
1. Котрольно-ревизионные органы.
2. Выбор потребителя.
3. Зарплата
4. Ответственность
5. Время на выполнение дела.
6. Совесть.
Кто лечит халатность?
1. Общество.
2. Органы контроля и управления.
3. Суд.
Встречались ли мы с этим явлением? Конечно да. Чем больнее общество духовно - тем больше халатности.